V 0 — создание fb2 — (On84ly)




НазваV 0 — создание fb2 — (On84ly)
Сторінка22/24
Дата конвертації20.08.2014
Розмір8.25 Mb.
ТипДокументы
mir.zavantag.com > История > Документы
1   ...   16   17   18   19   20   21   22   23   24
Из книги Джона Сатурналла: Вновь восстановленное блюдо для вновь восстановленного короля, носящее название «Троянская свинья» и являющее собой Иерархию Мясных Животных, от низших до самых благородных
Каждому Восстановлению необходимо предшествует Распад, как за каждым несчастьем неизменно следует счастье. Падение Эдема обернулось величайшим благом для Земли, ибо произраставшие в нем плоды распространились повсюду, и, противным образом, беспечная праздность Адама преобразовалась в лень, как впоследствии ее нарекли наши неутомимые церковники, а любовь к нему жены Евы сделалась похотью. В наши дни возвращение короля — золотое воспоминание. Но золото это не для всех блестит одинаково ярко.

Как низшее животное может скрывать в своей утробе благородное, так, напротив, внутренности превосходного зверя могут оказаться вредотворными, наподобие тех, что троянцы обнаружили в коне, оставленном греками под стенами Трои. Многие предрекали беду, когда сын покойного короля вернулся, и иные из них заслуживали злополучья больше, чем другие. Но все разделывали поданное Блюдо и находили в нем каждый свое воздаяние, справедливое или нет.

Возьмите всех нижеперечисленных животных и птиц, каких сумеете достать и подогнать по размерам друг к другу: свинью, овцу, козленка, ягненка, гуся, каплуна, утку, фазана, куропатку, перепелку, воробья и корольковую пеночку.

Выпотрошите туши животных и удалите кости. Ощипите и выпотрошите всех птиц, за изъятием корольковой пеночки, которую надлежит только ощипать. Начав с последней, зашейте каждую тушку и тушу в предыдущую и начиненную таким образом свинью поставьте жариться над углями или поленьями, горящими медленным огнем. Древние римляне взамен кишок укладывали колбаски, а в брюшной полости прятали живых певчих птиц, но кулинары нашего благоразумного времени воздерживаются от подобных излишеств. Постоянно вращайте свинью на вертеле, чтобы внутренности хорошо пропеклись. Двух дней и одной ночи для жарки будет довольно. Затем проткните все слои мяса шпагой и убедитесь, что истекающий сок совершенно прозрачен…
* * *
Один глаз у Клафа раздулся, как жаба. Другой полностью заплыл черно-фиолетовым кровоподтеком. Зажатый в толпе Джон видел, как шевелятся разбитые и распухшие губы, бормочущие молитву. В грязных лохмотьях, с обритым черепом в струпьях, Эфраим стоял на эшафоте посреди Каррборовского рынка, между двумя мужчинами с тяжелыми челюстями, один из которых сейчас затянул потуже петлю из грубой веревки у него на шее.

— Вздергивайте мерзавца помедленнее! — проорал кто-то в первых рядах толпы, обращаясь к палачам на сколоченном наспех помосте. — Покажите нам его язык!

Рыночная площадь с утра заполнялась медленно, но теперь здесь было не протолкнуться. Пятая казнь за последние пять недель, сообщил Джону какой-то мужик. Джон, Филип и Джемма оставили телегу с грузом на постоялом дворе под присмотром Адама. По настоянию Джеммы они заняли места на площади пораньше, но сейчас Филип дотронулся до ее плеча:

— Пошли отсюда, Джемма. Хватит уже.

Молодая женщина помотала головой, не отрывая взгляда от помоста. Перед Эфраимом стояла испещренная бурыми пятнами колода с приколоченным к ней наручником. Завершив молитву, он дико уставился на нее, сотрясаемый новым приступом ужаса.

— Я ни разу пальцем никого не тронул! — внезапно выкрикнул Клаф, но слова его были встречены дружным свистом и улюлюканьем.

Третий палач принялся точить топор под эшафотом, и скрежет оселка явственно прорезался сквозь шум толпы.

— Ну пошли же, Джемма, — повторил Филип.

— Нет.

В следующий миг, под одобрительный рев зрителей, палачи потянули за веревку, и Клаф начал медленно подниматься над дощатым настилом.

Известие о смерти лорд-протектора прежде всего стало поводом для бурных празднеств. Однако его величество, высадившись в Дувре, возвестил о более мстительном настроении. В Саутоне лорд-наместник и его люди без промедления поклялись в верности новому правителю, и только ополчение Марпота воспротивилось. Теперь, согласно сообщению «Mercurius Bucklandicus», Марпотовы жены находились на пути в Виргинию, а почти все его солдаты лежали мертвые в топях Равнины. Самого Марпота опознали, когда он пытался сесть на корабль в Столлпорте. «Мерзавец задохся до смерти, — сказал Джону Калибут, принесший новость в усадьбу. — Они отрезали ему срамные части и затолкали в глотку древком метлы». Из всего зойлендского ополчения в живых остался один Клаф.

Веревка натянулась. Эфраим задергался всем телом, силясь освободиться от пут, дотянуться ногами до помоста. Но палачи поднапряглись еще немного, и петля затянулась туже. Рывками поднимаясь все выше, Клаф корчился и судорожно брыкался. Скоро его лицо густо побагровело, рот широко разверзся и распухший язык вывалился наружу.

— Вот и славно! — прокричала какая-то женщина в толпе. — А теперь укоротите выродку руки!

Сопротивление Клафа постепенно слабело, а когда почти полностью прекратилось, мужчины отпустили веревку, и он с глухим грохотом рухнул на дощатый настил. Один из палачей опустился на колени и перерезал веревку, стягивавшую его запястья.

— Под топор его! — провизжала женщина. — Попользуйте ублюдка лекарством, что евоный хозяин всем прописывал!

Внезапно Клаф ожил, зашевелился и попытался подняться. Но один из мужчин с силой пнул его, а другой схватил за руку и поволок к плахе. Несколько секунд они боролись, потом рука Клафа оказалась в железном наручнике. Толпа притихла. Вот оно, подумал Джон. То же самое они сделали с Филипом. Внезапно он ощутил во рту вкус желчи. Мужчина с топором встал поудобнее и размахнулся. Еще мгновение — и топор упал.

Нечеловеческий вопль вырвался из груди Эфраима Клафа.

— Боже святый, — пробормотал Филип.

— Теперь можно уйти, — сказала Джемма.

Они стали проталкиваться через толпу. Когда они заворачивали за угол, над площадью разнесся второй душераздирающий вопль, и толпа радостно взревела.

— Выпустите ему кишки! — орали голоса позади них. — Вздерните еще раз!

Теперь Клаф визжал пронзительно и протяжно. Только когда троица уже подходила к постоялому двору, истошные визги наконец прекратились.

— Как он умер? — спросил Адам, подтягивая постромку.

— В мучениях, — ответил Джон.

— Оно и немудрено.

Адам подергал за постромки, сказал «все в порядке», а потом указал на задок телеги, где лежал длинный ящик, накрытый просмоленной парусиной. От него исходил аромат свежего кедра и вяза. Однако к нему примешивался еще один запах — едва различимый, но хорошо памятный запах сырого савана.

— Надо бы привязать. — Адам кивнул на гроб. — Не хватало еще, чтобы сэр Уильям свалился с телеги.

Тело лорда Бакленда было извлечено из могилы в тот же день, когда король высадился в Дувре, однако, для того чтобы доставить гроб в Каррборо, потребовалось целых три недели. Джон сел на гнедую кобылу, Филип взобрался на мышастую и свободно намотал поводья на здоровую руку. Он подождал, когда громыхающая телега отъедет на безопасное расстояние, потом повернулся к другу:

— Они все вернутся. Что ты будешь делать?

— Что я буду делать? — Джон поднял глаза, словно поглощенный созерцанием хмурого неба. — Когда?

— Сам знаешь.

Джон перевел взор с неба на травянистую обочину, которая, похоже, вызывала у него не меньший интерес. Джон наблюдал за ним с плохо скрываемым раздражением.

— Когда Пирс вернется.

— Возблагодарим же Господа за промысел Его, разрушивший Иерихон. Давайте помолимся, чтобы Он дал нам силы воздвигнуть новый Иерусалим из камней руин. Мы собрались сегодня, чтобы препоручить Всевышнему душу сэра Уильяма Фримантла, покойного лорда Бакленда. В наших молитвах мы поминаем усопшего, который доблестно сражался за короля и сохранил верность Короне в годину самых суровых испытаний. Пусть ныне сэр Уильям разлучен со своей дочерью Лукрецией и преданными слугами, но давайте утешимся мыслью, что он воссоединился с возлюбленной женой Анной и своими павшими товарищами. Верный воин короля, он воевал и за них тоже. Теперь наш вновь восстановленный король занимает свое законное место на троне, а сэр Уильям служит Царю Небесному…

А пальцы у епископа Каррборо все такие же толстые, подумал Джон. Аметистовый перстень его светлости тускло поблескивал в полумраке церкви, завешенной черными полотнищами. Слова поминальной службы гулко разносились с новой кафедры. Гроб сэра Уильяма стоял на катафалке посреди зала, перед собранием скорбящих в траурных одеждах.

Прибытие гроба в усадьбу послужило своего рода общим приглашением. Сейчас позади Лукреции, одетой во все черное и в капоре с вуалью, сидели Саффорды из Мира, Роулы из Броденэма, леди Массельбрук из Чарнли, лорд Фелл, лорд Фербро и маркиз Хертфорд. За ними, под длинными траурными знаменами, свисающими с потолочных балок, теснились на деревянных скамьях слуги сэра Уильяма.

Епископ подал знак к молитве. Джон опустился на колени и направил мысли на покойного, вспоминая появление сэра Уильяма в кухне в день бракосочетания его дочери. Теперь этот день вновь приближался.

Снаружи донесся топот копыт. Минутой позже дверь в церковь распахнулась и пятеро мужчин стремительно зашагали по проходу, стуча сапогами по каменным плитам, держа в руках шляпы с покачивающимися перьями. Первый шел странной поступью, чуть встряхивая ногами при каждом шаге, словно пытаясь стрясти с сапог налипшую грязь. Подойдя к алтарю, они преклонили колени и перекрестились. Потом первый встал, повернулся и отвесил Лукреции картинный поклон, перебросив через плечо короткий плащ, отчего взорам открылся блестящий шелк жакета и тонкое кружево сорочки.

— Леди Лукреция, — звучно произнес Пирс, высокомерно улыбаясь всему собранию, — прошу простить нас за опоздание.

Подбородок у него стал потяжелее, отметил Джон. Живот округлился, и волосы причесаны иначе. Но губы кривятся все в той же презрительной усмешке, с какой некогда надменный юнец бросил его одного на поле сражения при Нейзби. По залу прокатился приглушенный ропот. Но скрытая под вуалью Лукреция едва заметно кивнула.

— Миледи, — громко продолжил Пирс, нимало не обескураженный, — я прибыл просить вашей руки согласно изволению покойного короля. — Он перевел взгляд на епископа. — Милорд, я прошу вас обнародовать объявление о нашем бракосочетании в Каррборо, а равно провозгласить здесь и сейчас…

— Смотри-ка, не теряет времени даром, — пробормотал Филип, сидевший рядом с Джоном.

— После того, как десяток лет отъедался в Париже, — добавил Адам, занимавший место с другой стороны от него.

Сам Джон промолчал.

По коридорам наверху важно расхаживали вновь объявившиеся соседи и придворные господа, которые требовали, чтобы подавальщики Квиллера, проходя мимо них, всякий раз снимали головные уборы, а садовники Мотта кланялись им, когда они изволят прогуливаться в Розовом саду. Скоро они потребуют, чтобы свиньи приседали в реверансе перед ними, раздраженно ворчал мистер Фэншоу.

Опять подавальщики Квиллера выстраивались в очередь по всей длине лестницы и таскали вверх-вниз подносы. Опять завтрак плавно перетекал в обед, который едва успевал закончиться к ужину. Каждое утро Джон колотил поварешкой по огромному медному котлу, поднимая с тюфяков поварят и призывая на рабочие места зевающих поваров. Он целиком погрузился в работу и даже в кухонном дворе почти не показывался, не говоря уже о доме. Но Лукреция все не шла у него из головы.

Она не принимает Пирса, докладывала Джемма Филипу. Ссылается на горе, всколыхнувшееся в ней с новой силой. Она не выходит из своих покоев и ни с кем не видится. Тем временем Пирс и его товарищи допоздна засиживались в летней гостиной, провозглашая тосты друг за друга. Он купил новую лошадь за счет поместья, сообщил мистер Фэншоу. Вдобавок из Каррборо и Саутона начали прибывать торговцы с неоплаченными счетами, пожаловался Бен Мартин.

Лишь по прошествии еще одной недели Джон столкнулся лицом к лицу со своим соперником. В кои-то веки он вышел по хозяйственной надобности во внешний двор и, завернув за конюшню, увидел Кэллока, которого хлопали по спине двое приятелей.

— Ай да Пирс, ай да молодец! — воскликнул один.

— Ну, наездник-то ты лихой! — подхватил другой.

— И фехтовальщик каких поискать! — вскричал первый, и все трое расхохотались, но при виде старого знакомого Пирс переменился в лице.

Его нос, прежде красный, теперь приобрел синюшный оттенок, заметил Джон. По щекам расползлись сосудистые сеточки. Он был в жакете с вышивкой герба Фримантлов — скрещенных факела и топора. Несколько секунд Пирс неловко бегал глазами, но потом овладел собой.

— А, Джон Сатурналл! — весело воскликнул он. — Надеюсь, ты хорошо кормил обитателей усадьбы в мое отсутствие? — Пирс повернулся к своим товарищам. — Этот малый с виду простой повар. Но на самом деле он бывалый солдат, такой же храбрый, как я. Хорошо проявил себя, скажу прямо. Даже оказал мне услугу. В битве при Нейзби, да, мастер Сатурналл?

— Услугу, ваша светлость? — едко переспросил Джон. Он ощущал кислый запах перегара, исходящий от Пирса. — Да вы никогда не нуждались в моих услугах. Ведь именно при Нейзби, не так ли, состоялся знаменитый «Прыжок Кэллока»?

Последовало короткое молчание.

— Он что, насмехается над тобой, что ли? — спросил Пирса один из приятелей.

— Огрей-ка его саблей плашмя, — посоветовал другой.

— Да нет, у него просто такая манера разговаривать, — быстро сказал Пирс. — Оставьте нас, пока мы… гм… вспоминаем былые сражения.

Двое мужчин пошли прочь, а Кэллок оттащил Джона в сторону.

— У нас обоих свои воспоминания, — тихо произнес он.

— Мы оба знаем правду, — ответил Джон. — Как знают Пандар, Филип, Адам…

— Это все было в прошлой жизни, — перебил Пирс. — С тех пор у всех нас появились новые хозяева. — По его лицу расползлась хитрая улыбка. — И у тебя тоже, мастер Сатурналл.

Джон холодно уставился на него, но на сей раз взгляд Кэллока не дрогнул.

— У поместья Бакленд нет хозяина, — сказал Джон. — Только хозяйка.

— Да неужели?

Пирс махнул рукой в сторону дома, и Джон почувствовал, как незримые холодные пальцы впиваются в его внутренности. Не может быть, пронеслось у него в голове. Он гнал прочь всякие мысли об этом со дня, когда мужики из Кэллок-Марвуда шаткой поступью подошли к дому, размахивая флягами. Нет, Лукреция не согласилась бы ни при каких условиях… Однако, сколь бы решительно Джон ни отрицал такую возможность, в глубине души он всегда знал, что эта минута наступит. Знал с момента их первого объятия.

— Разве ты у себя в кухне еще не слышал радостную новость? — продолжал Кэллок.

Леденящий ужас охватил Джона. Он вспомнил приятелей, хлопающих Пирса по спине. Разговор про лихих наездников и фехтовальщиков. Улыбка Пирса стала шире.

— Она приняла мое предложение.

Из Столлпорта прибыли бочки с устрицами, завернутыми в листья морских водорослей. В кухню вносили выстланные мокрой соломой клети с жирными лещами и форелями. В длинном ящике, куда поместилась бы изрядных размеров пушка, привезли гигантского морского угря, который имел вид столь устрашающий, что мистеру Бансу удалось утихомирить поварят, притворно вопивших от ужаса, лишь с помощью мистера Стоуна, забравшего самых голосистых крикунов в судомойню. В теплой кладовой громоздились мешки изюма, смородины, сушеного чернослива и инжира. На полках холодной кладовой теснились миски со студнем из свиной головы и говяжьих ножек, горшки с соленой мольвой, бесчисленные глиняные банки с анчоусами. Колин и Льюк препроводили в разделочную четырех младших поваров, шестерых дворовых работников с пилами и недовольно ворчащего Барни Керла, чтобы они свежевали, потрошили и разделывали свиней. Симеон, Тэм Яллоп и остальные пекари затаскивали в кухню мешки с мукой, доставленной с кэллок-марвудской мельницы. Подвода, принадлежащая хозяину тамошнего питейного заведения, раз за разом поднималась по склону холма, въезжала в ворота усадьбы и разгружалась во дворе, пока погреба не заполнились пивными бочками всех размеров. В фургоне, устланном толстым слоем папоротника-орляка, прибыли темные дубовые бочки рейнского вина. Из пряностной комнаты неслись ароматы корицы и шафрана.

В главной кухне открывались буфеты и пересчитывалась посуда. Ножи, сечки и мясные топорики отсылались мистеру Бансу для заточки. Ступы и ручные мельницы обследовались на предмет трещин. Чистились хлебные терки, полировались медные ковши. Мистер Стоун со своими подчиненными драил сковороды и котлы. Джон надзирал за работами. Нужно приготовить блюда, символизирующие союз двух древних родов, сказал он Филипу. И еще соорудить из сахарного теста кулинарный изыск, аллегорически представляющий достижения и подвиги Пирса.

— В таком случае следует сшить мешок из свиных ушей, — презрительно фыркнул Филип, — и наполнить его трясущимся пудингом.

— Вода и репа, — предложил Адам. — Которыми мы питались, пока он обжирался в Париже.

— И райские хлебцы, — добавил Филип. — Уж не лишай Пирса такого лакомства.

Глухо стучали поленья. Ревел огонь в очагах. Под сводчатым потолком перекатывались волны соблазнительных запахов. Мучимый бессонницей, Джон ночами подолгу лежал, уставившись в потолок, не в силах думать ни о чем, кроме предстоящего пира. За неделю до назначенного дня к нему в комнату тихо постучали. За дверью стоял один из новеньких поварят со свечой.

— К вам дама пожаловала, мастер Сатурналл, — робко пролепетал он.

Сердце прыгнуло у него в груди, но тотчас успокоилось. Лукреция не пришла бы к нему открыто.

— Проводи ее сюда, — велел он мальчику.

Через несколько минут по коридору прошествовала дородная женщина. Войдя в комнату, она кивком поприветствовала Джона и села в лучшее из двух кресел у очага.

— У всех нас есть в душе темные уголки, не так ли, мастер Сатурналл? — промолвила миссис Гардинер.

Джон кивнул, несколько озадаченный.

— Подумала, надо бы нанести визит сыну Сюзанны Сандалл. Раз уж мастер Сковелл нас покинул.

Джон вглядывался в озаренное огнем лицо женщины, гадая о цели ее прихода.

— Твоя мать любила не Ричарда Сковелла, — отрывисто произнесла домоправительница. — Ты догадался, да?

В полной растерянности мыслей, он опять кивнул, припоминая разговор, некогда услышанный в этих стенах. Нет, это был не Сковелл.

— Элмери, — сказал Джон. — Чарльз Элмери.

— Гнусная сорока-воровка. Он был человеком темным и скрытным. Даже мастер Сковелл понимал истинную натуру Элмери не лучше, чем знал душу твоей матери или чем я проникаю взором сквозь стены.

Она задумчиво перевела глаза на низкую дверь в нише, ведущую в соседнее помещение.

— Но вы говорили, что они не ладили, моя мать и Элмери…

— У всех нас есть в душе темные уголки, — повторила домоправительница. — Глядя со стороны, любой сказал бы, что Сюзанна его ненавидит. И я тоже всегда так считала. Этот темный уголок всегда оставался недоступным моему взору. Покуда здесь не появился ты. — Она пристально посмотрела на него. — Ты вылитый он.

— Мой отец?

Миссис Гардинер пожала плечами:

— Элмери был статен и хорош собой. И говорил на всех языках мира.

— Но не говорил правды ни на одном из них, — пробормотал Джон.

— Верно, — согласилась пожилая женщина. — Сюзанна тоже знала это. Но она постоянно носила книгу с собой, никогда с ней не расставалась. Чарльз Элмери мог ее прочитать.

Джон вспомнил матушку, пересказывавшую на память страницу за страницей.

— У каждого из них было что-то, нужное другому, и ни один не сумел воспротивиться искушению. В ночь смерти леди Анны твоя мать застала здесь Элмери. Потом Сковелл застиг обоих…

— Сковелл говорил, что ее выгнал сэр Уильям.

— О нет. Сэр Уильям никогда не сделал бы такого. Порой казалось, что он ее побаивается. Это ведь по его приказу Сюзанну привезли сюда с другого конца долины.

Джон нахмурился:

— Но что сэр Уильям мог знать о ней?

Миссис Гардинер пожала плечами:

— Это мне неведомо. Но мне понятно одно. Твоей матушкой овладела страсть. И ответная страсть вспыхнула в другом человеке. Однако в конечном счете никто из них не получил того, чего хотел. Ты меня понимаешь, Джон Сандалл?

Она имеет в виду Лукрецию, вдруг осознал он. Вот почему она пришла.

— Я знаю ее с рождения, — продолжала миссис Гардинер, в упор глядя на Джона. — Она стала бы твоей не раздумывая. Если бы могла.

Не дожидаясь ответа, домоправительница ухватилась за ручки кресла и с усилием поднялась на ноги:

— Ну а теперь, мастер Сатурналл, будь любезен, проводи отсюда эту постороннюю особу…

Сотня разных вопросов ждала Джона в кухне на следующий день и еще сотня — на следующий за ним. Однако, невзирая на всю занятость, он постоянно возвращался мыслями к словам миссис Гардинер.

Она стала бы твоей не раздумывая. Что это было, поощрение к действию или предостережение? Если бы могла.

— До пира три дня осталось, — недовольно заметил Филип еще днем позже. — Ты бы хоть слушал, что тебе говорят.

— Фарши, — твердо сказал Джон. — Ну-ка еще раз: что там у нас с фаршами?

Филип потряс головой.

— Что ты собираешься делать? — тихо спросил он.

— Я ее повар. И обещал ей свадебный пир.

Поздно вечером Джона вызвала Джемма.

— Меня она прислала, — прошептала молодая женщина. — Хочет поговорить с тобой.

В недвижном вечернем воздухе плыл приглушенный гул голосов, доносившихся из дома. Башмаки Джеммы глухо стучали по тропе, пролегающей вдоль ограды Восточного сада. Джон услышал взрыв смеха. Приятели Пирса, подумал он. Или просто ужин заканчивается. Впереди темнел каштановый лес. Из него выступала церковь, чья колокольня походила на огромный каменный палец, указующий в небо. Внезапно Джону вспомнился другой лес, из далекого прошлого.

— Она ждет там, — сказала Джемма. — Ничего мне не объяснила. Всю неделю почти не раскрывала рта. — Молодая женщина немного поколебалась. — Она сама не своя, Джон.

Дверь церкви была не заперта. Шаги Джона гулко раздавались по каменному полу. Дверь в колокольню, находящаяся в глубине зала, стояла приоткрытой.

Ступеньки были усыпаны штукатуркой. Марпот со своим молотком, вспомнил Джон. Он затащил сюда Лукрецию. Потом невесть почему спешно покинул усадьбу. Наверху брезжил слабый свет.

Под ногами хрустела штукатурная крошка. Мысль о Лукреции, ждущей на колокольне, разбухала в мозгу. Она не могла дать Пирсу согласие. Лукреция, которую он знал, — не могла. Наконец лицо Джона обдало свежим ночным воздухом.

Марпот и наверху не угомонился. Здесь тоже на полу повсюду валялись куски штукатурки. Гробница напоминала трон. На ней восседала древняя каменная фигура, обратив источенный временем лик к долине. Но взгляд Джона приковали стены, освещенные стоящими на полу лампами. Стены, выложенные мозаичными картинами. На первой из них изображались леса и сады, среди которых вилась знакомая река.

Это была долина Бакленд, но увиденная из дворца Беллики. Присев на корточки, Джон провел пальцами по зеленым террасам склона, где матушка учила его грамоте. Но откуда здесь взялось это изображение? Кто в незапамятное время смотрел на долину из окон дворца Беллики? Он обернулся и взглянул на изъеденный временем каменный лик.

— Ты тоже знаешь его, Джон. Ты всегда его знал.

Он вздрогнул от неожиданности, услышав голос Лукреции. Молодая женщина выступила из тени. Даже в тусклом свете ламп лицо ее выглядело странно. Она густо напудрила щеки, осознал Джон. И ярко накрасила губы. Когда она встала рядом, устремив взор на мозаичную панораму долины, от нее повеяло терпким, дурманным ароматом духов. Потом Лукреция заговорила бесстрастным тоном:

— Его звали Колдклок. Он появился здесь, когда римляне убрались домой. Он принимал участие в пире Беллики. Вместе со всеми. Но он предал ее.

Джон неподвижно уставился на Лукрецию, лихорадочно соображая. Гробница. Изображения на стенах. Первый из Фримантлов, взирающий на долину.

— Он? — наконец с трудом выговорил Джон, переводя глаза с молодой женщины на древнюю каменную статую. — Твоим предком был Колдклок?

Вместо ответа, Лукреция указала на следующее панно, где природные террасы восходили подобием ступеней к аккуратно разбитым садам. Сады Беллики, сообразил Джон. Посреди них вздымался дворец с громадным очагом и высокими сводчатыми окнами. Вокруг столов толпились мужчины и женщины. Но над всеми ними возвышалась зловещая фигура. С топором в одной руке и факелом в другой. Человек этот рубил столы.

— Он дал клятву Богу, — сказала Лукреция. — Перед лицом служителей Иеговы. Клятву вернуть долину Христу. Поэтому он разорил сады Беллики и изгнал прочь преданных ей людей. Он порубил в щепы ее столы и похитил огонь из ее очагов.

На последней мозаичной картине изображалось бегство Колдклока из разоренных садов. По щекам его текли ручьями горькие слезы. Но под мышками он зажимал кусты и деревья, а в руках по-прежнему держал пылающий факел и топор.

— Он принес их сюда, — сказала Лукреция. — Украл у Беллики и принес. Не было в Бакленде никакого чудотворного огня. И никакого пряного вина не было…

Перед древней каменной фигурой покоилась каменная скрижаль с высеченными на ней словами Завета. Значит, первым был Колдклок, подумал Джон, пристально глядя в незрячие глаза. Потом Кэллок. Потом Фримантл. Как и утверждал Пирс. Он посмотрел на Лукрецию, безмолвно стоящую рядом со своим предком, и внезапно вспомнил странное, отчужденное выражение, которое проступило у нее в чертах, когда он рассказывал историю Беллики.

— Ты знала, — медленно произнес Джон. — Ты всегда знала.

— Да.

— Но молчала.

Он ждал, что Лукреция заговорит. Все объяснит. Конечно же, у нее была причина хранить молчание. Что-то наложило печать на ее уста, когда они вдвоем лежали в спальне. Он сумеет понять и простить. Но Лукреция недвижно стояла в тени, безмолвная, как ее предок. Джон ощутил, как глубоко внутри начинает раскаляться старый уголек гнева.

— Почему? — резко спросил он.

Лукреция молчала, обратив к нему густо напудренное лицо, похожее на маску. Гнев вспыхнул в нем жарким пламенем.

— Ты лгала мне! — обвиняюще возвысил он голос. — Лгала своим молчанием. Всем своим существом. Ты украла у нас Пир. Отняла у нас Долину.

Джон смотрел на бесстрастную маску из белой пудры и красной помады. Чуял тяжелый аромат духов. Так вот оно, ее истинное лицо, с горечью подумал он. Эта непроницаемая маска. Но Лукреция ответит на вопрос, он принудит ее ответить. Когда Джон шагнул к ней, она вскинула руки. Чтобы оттолкнуть, решил он в первый момент. Но вместо этого Лукреция с силой сжала его лицо в ладонях.

— Вот тебе ответ, — лихорадочно прошептала она. — Ты ведь этого хотел? Так возьми же.

Грубо-сладострастный аромат заполнил ноздри Джона. Жар ее тела обжег сквозь тонкое платье. Ноги ее раздвинулись. Прежде чем он успел задать следующий вопрос или запротестовать, Лукреция закрыла ему рот жадным поцелуем.
1   ...   16   17   18   19   20   21   22   23   24

Схожі:

V 0 — создание fb2 — (On84ly) iconV 0 — создание fb2 — (On84ly)
Артуро Перес-Реверте fbcb80f1-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Танго старой гвардии
V 0 — создание fb2 — (On84ly) iconV 0 – создание fb2 – (On84ly)
КэтринБуc1d8ebb5-36ef-11e3-99a9-002590591ea6В тени вечной красоты. Жизнь, смерть и любовь в трущобах Мумбая
V 0 — создание fb2 — (On84ly) icon«Идет счастливой памяти настройка»
«приключения» с кгб ссср, и, конечно, главное в судьбе автора — путь в поэзию. Проза поэта — особое литературное явление: возможность...
V 0 — создание fb2 — (On84ly) iconV 0 — создание fb2 — (On84ly)
«романы» с английским и с легендарной алексеевской гимнастикой, «приключения» с кгб ссср, и, конечно, главное в судьбе автора — путь...
V 0 — создание fb2 — (On84ly) iconV 0 – создание fb2 – (On84ly)
Маг-недоучка, бессовестный рыцарь, сыграл очередную шутку, связав брачным контрактом двух случайных людей. И неважно, мстил он за...
V 0 — создание fb2 — (On84ly) iconДжон Михайловна Харвуд Тайна замка Роксфорд-Холл
Она узнает о своей семье удивительные факты и намерена разобраться во всем до конца, несмотря на грозящую ей смертельную опасность...
V 0 — создание fb2 — (On84ly) iconV 0 – создание fb2 – (On84ly)
Лишь то, что они пошли следом за странным путником по прозвищу Искатель и оказались в круговороте мощных сил, вообразить которые...
V 0 — создание fb2 — (On84ly) iconМелисса Ильдаровна Фостер Аманда исчезает
И вот спустя восемь лет после трагедии Молли будто вновь окунается в знакомый кошмар – из парка рядом с ее домом исчезает семилетняя...
V 0 — создание fb2 — (On84ly) iconV 0 — создание fb2 — (On84ly)
Кажется, в завесе тайн, окружающих Корни, начало что-то проясняться? Не все так просто, как кажется! Еще не все карты раскрыты, не...
V 0 — создание fb2 — (On84ly) iconВ маленьком процветающем городке Новой Англии всё и все на виду....
И вдруг неожиданно для себя Эмма встречает любовь и, осознав это, осмеливается первый раз в жизни вздохнуть полной грудью. Сделав...
Додайте кнопку на своєму сайті:
Школьные материалы


База даних захищена авторським правом © 2013
звернутися до адміністрації
mir.zavantag.com
Головна сторінка