Ты против меня (You Against Me)




НазваТы против меня (You Against Me)
Сторінка6/36
Дата конвертації17.09.2014
Розмір2.93 Mb.
ТипДокументы
mir.zavantag.com > Физика > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   36

— Передумала.

Он не знал, что будет дальше, и не знал, как будет реагировать, если что-то случится. Она глотнула

из бутылки, поморщилась и вернула ему виски.

— Слушай, — проговорила она, — мне, наверное, пора. Все будут волноваться, где я.

— Я с тобой.

— Как хочешь.

Лишь когда они вошли в ворота, он понял, что так и не выяснил ничего полезного о ее братце.

— А откуда твой друг знает Тома? — спросила она, когда они стали подниматься вверх по склону.

Она остановилась и улыбнулась. Он понял, что она уловила его замешательство; наклонившись к

нему, она прошептала:

— Ты лучше придумай что-нибудь поскорее, потому что вот он идет.

Навстречу им шел Том Паркер. Вблизи он казался более худым и выглядел моложе. У него были

голубые глаза — глаза человека, который никому не может причинить вреда. Но Майки знал его

тайну.

Том улыбнулся, глядя на сестру:

— Все в порядке, Элли? — Так вот, значит, как ее зовут. — Все-таки нашла, с кем поговорить?

Она пожала плечами:

— А тебе какая разница?

— Не надо так. Я тебя обыскался. Где была?

У Майки кровь закипела оттого, как близко они стояли. У Тома Паркера была модная трехдневная

щетина, покраснение на губе и веснушки на носу. Не будь ее рядом, он был вытащил ключ из

кармана. Занес бы его над головой и размозжил ублюдку череп.

Том нахмурился, завидев в руках Майки бутылку виски.

— Ты где это взял? — Он потянулся и выхватил у него бутылку.

Майки взглянул на Элли. Та улыбалась, точнее, пыталась не смеяться.

— Да брось, Том. Он не знал, что это папина. Том помахал бутылкой у них перед носом:

— Да вы хоть в курсе, сколько этот виски стоит? Двести фунтов за бутылку. Вы уж извините, но

напиток явно не для того, чтобы распивать под забором.

Майки хотел было сострить, но ничего умного не пришло в голову.

Том повернулся к Элли лицом:

— Это кто вообще?

Она замялась. Майки еле дышал, ждал, что она ответит. Наконец Элли проговорила:

— Он со мной.

Майки такой ответ понравился. Поняв, что она на его стороне, он расслабился, словно пружина

внутри соскочила.

Подбежал какой — то парень и потянул Тома за рукав. Майки заметил, что вид у того был

встревоженный.

— Твой отец в панике, — выпалил он. — Там какой-то парень о тебе расспрашивает, и твой папаша

думает, он журналист.

— А где сейчас этот парень? — спросил Майки. Не удержался, ведь знал, что речь о Джеко.

Мальчишка покачал головой:

— Да не знаю я. Мы за ним погнались, но он ушел. Видимо, облегчение отразилось на лице Майки, потому что Том подозрительно на него покосился:

— Если ты тоже в этом замешан, считай, у тебя большие проблемы. — Он развернулся и ушел

вместе с мальчишкой.

— Братец сегодня на взводе, — сказала Элли. — Уж прости.

— Ну да.

— Ему нелегко пришлось.

— Выпил бы папиного виски — глядишь, полегчало бы. Она ничего не ответила, но пристально

разглядывала

его некоторое время. Он не знал, что это значит.

— Пойду посмотрю, все ли там в порядке, — сказала она. — Если папа в бешенстве, то вечеринке

конец.

Катастрофа. Мало того что она уходит, так еще Джеко вычислили — значит, Тому Паркеру во

второй раз удастся избежать взбучки.

— Рада была познакомиться, — проговорила она. Он должен был ее остановить.

— Дай мне свой номер телефона. Она обернулась:

— Зачем?

Затем, что ему нужно разведать как можно больше о Томе Паркере. А она — лучший источник.

Затем, что он понял: внутри нее кипит тот же гнев, что испытывает он, — и хотел узнать, с чего бы

это. Но вслух он всего этого не сказал.

— Затем, что хочу снова тебя видеть.

Она нахмурилась. Что, если он ей не понравился? Да, они смеялись, и вроде бы на первый взгляд все

шло хорошо, но что, если он ошибся, неверно истолковал знаки? С такими девчонками бывает.

Майки ковырял землю носком ботинка. Слишком уж все с ней сложно, с этой Элли. Слишком по-

настоящему. Она достала из кармана телефон:

— Лучше продиктуй мне свой.

Он испугался. На такое он не рассчитывал, но она покачала головой, когда он еще раз попросил ее

дать свой номер.

— А что, если утром я передумаю?

Он улыбнулся своей самой обаятельной улыбкой:

— С чего бы это? Она пожала плечами:

— Ничего нельзя гарантировать.

Она как-то погрустнела, и Майки решил, что нужно срочно что-то предпринять.

— Хочу узнать тебя получше, — проговорил он. — Правда.

— Тогда, может, и позвоню.

Она пошла в дом — все двери в нем были открыты нараспашку, все окна горели, — а он провожал ее

взглядом.

Восемь

Элли сделала все, чтобы стать невидимкой. Никакой косметики, даже туши. Сняла серьги, цепочку и

туго перевязала волосы резинкой. Серая юбка скромной длины, белая рубашка, застегнутая до

самого ворота. Не душилась. Крик со второго этажа заставил ее вскочить:

— Скорей, Элли, выходим через пять минут! Может, все и обойдется. Она в последний раз оглядела

себя в зеркале ванной, открыла дверь и спустилась вниз. Мать восторженно зажала ее лицо в

ладонях:

— Ох, милая, выглядишь прелестно.

Папа и Том оторвались от завтрака и тоже оценили ее вид — от туфель на плоской подошве до

плотных ченых колготок.

— Очень скромно, — сказал отец. Том одобряюще помахал вилкой:

— Ну прямо примерная ученица!

Элли надела кардиган и медленно застегнула пуговицы:

— Вы хоть понимаете, что все будут на меня пялиться? Мать с сожалением взглянула на нее, но

ничего не

ответила. А Том сказал:

— Знала бы ты, как мне хочется вернуться к нормальной жизни.

— Так иди вместо меня.

Он поморщился:

— Хорошая шутка, спасибо.

Элли вздохнула, налила себе сок и сделала глоток. Мать стояла у обеденного стола с щипцами в

руках. Блюдо перед ней было доверху нагружено яичницей, сосисками, беконом и грибами, а рядом

красовалась корзинка с круассанами и булочками.

— Кто-нибудь еще хочет? — спросила она и щелкнула щипцами, как крокодил челюстями.

Элли нахмурилась:

— Зачем столько наготовила?

— Твоя мама нас раскармливает, — ответил отец. — Утром у нас совещание с адвокатом. — Перед

ним лежали блокнот и ручка; он что-то нацарапал на бумаге и повернулся к Тому: — Нужно собрать

данные о твоих школьных успехах — все кружки, в которых ты участвовал в школе, в колледже, общества, награды и тому подобное. Активная общественная жизнь. Это произведет хорошее

впечатление.

Элли взяла круассан и намазала его маслом. Ничего диетического в таком завтраке не было, конечно, но она воспринимала себя как солдата, идущего в бой, — в таком случае калории оправданны, решила она.

Отец продолжал писать что-то в блокноте.

— Турнир по гольфу тоже можно записать, — заметил он. — Ты до полуфинала дошел, верно, Том?

— До четвертьфинала.

— Тоже неплохо.

Это было похоже на военную конференцию с картами и стратегиями. С самого ареста одно и то же: будто Тому диагностировали редкое и ужасное заболевание, и всем им приходится теперь думать

лишь об одном — как бы найти лекарство. Это единственное, что важно.

Элли навалила на тарелку несколько ложек клубничного варенья, разломала круассан на кусочки и

обмакнула его в джем.

— Быстрее, детка. — Мать вручила ей салфетку. — Нельзя опаздывать в первый день.

Вскоре она очутится там, в большом мире; ее повезут по главной улице, мимо вокзала и переезда, в

центр города. В понедельник и вторник ей как-то удалось отвертеться, соврав, что им дали несколько

дней на подготовку к экзаменам, но потом папа не поленился зайти на сайт школы, так что это

вранье уже не прокатит. Она в последний раз попыталась выкрутиться:

— Мам, пап... я что-то неважно себя чувствую. Отец бросил на нее резкий взгляд:

— В школу ходить обязательно, Элли.

— Карин Маккензи не ходит.

Это имя обожгло, как огонь, у Тома аж щеки запылали. А отец сорвал очки и замахал ими у нее

перед носом:

— Тебе нечего стыдиться, Элинор, а у этой девушки причины есть, потому и отсиживается дома. Так

что иди в школу и докажи всем, что это так.

— То есть принести себя в жертву?

— Нет. Ты ничего плохого не сделала, вот и веди себя соответственно.

— Там ужас что будет. Все разделились на два лагеря.

— Значит, узнаешь, кто тебе настоящий друг, а кто нет. Он явно намекал на царапину на машине

Тома — ее починка влетит в несколько сотен фунтов. А еще на тех, кто не пришел на вечеринку.

Отец уже несколько дней не мог успокоиться, все бушевал по поводу их отговорок — большие

пробки в пятницу, не с кем оставить ребенка, слишком далеко ехать из Лондона, вот если бы

предупредили заранее... Но сказать им в лицо, что думает, не смог — слишком расстроился. А теперь

хочет, чтобы его дочь столкнулась в лоб с реальным миром.

— Ты через меня хочешь им отомстить, — заметила Элли.

— Хорошо сказано, — ответил отец, с улыбкой надевая очки и снова обращаясь к своему блокноту.

— Надеюсь, твое красноречие обеспечит нам высший балл на экзамене по английскому.

Элли повернулась к матери:

— Мам, прошу...

— Нет, Элли, я согласна с папой. Ты уже несколько дней из дому не выходишь. Ни к чему запирать

себя в четырех стенах.

Хорошо сказано. А за это высший балл поставят?

Видимо, они уже обо всем договорились, и их было не переубедить. Элли по глазам видела.

Предрешенность, бесповоротность. Вытерев руки салфеткой, она оставила недоеденный круассан на

тарелке.

— Что ж, — сказала она, — тогда пойду, пожалуй. Повеселитесь тут с адвокатом.

Мать как-то грустно ей улыбнулась.

— Пойдем, — сказала она, — хватит тут торчать. Когда машина вырулила на главную улицу, Элли

опустила окно. В воздухе пахло весной, повсюду прыгали солнечные зайчики. На клумбе у поворота

и в кашпо на автобусной остановке цвели примулы. Она любила ездить этим путем — вдоль парка, мимо церкви. Почти верилось, что едет она куда-то в приятное место, где может случиться что-то

хорошее.

Но за последние дни хорошего произошло лишь одно — она познакомилась с тем парнем, что

обманом проник на вечеринку. Элли зажмурилась, пытаясь вспомнить, как он выглядел: ленивая

улыбка, нагловатая походка вразвалочку. Весь вечер она злилась из-за этой идиотской вечеринки и

боялась, что ей достанется за то, что подстригла Тома. Гнев придал ей уверенности, и, когда тот

парень возник на горизонте, она не краснела, не запиналась, даже не вспомнила про шрам. В

полумраке у реки ей казалось, что в ее жизни, возможно, грядут перемены.

А что сегодня Том сказал с утра, когда они встретились наверху у лестницы? Будь бдительна — вот

что.

Но если подозревать каждого, то так и слова вымолвить не сможешь. Ее вот уже от

подозрительности парализовало. Дважды она писала тому парню сообщения. И дважды стерла, так и

не отправив.

— Знаешь, — проговорила она вслух, — я даже мечтаю теперь осторожно.

— Милая, я проводить папу с Томом не успею, если мы сейчас с тобой заболтаемся, — ответила

мать.

— А ты разве с ними не поедешь?

— Я им не нужна, видимо.

— И чем будешь весь день заниматься? Она пожала плечами:

— Да как обычно — приберусь, подумаю, что на ужин приготовить. Может, к бабушке съезжу, уберусь там.

— Я с тобой хочу. Ты меня уже давно просишь помочь разгрести дом. А потом можем на пляж

сходить. Будет здорово!

— Попытка не пытка, Элли, но ты едешь в школу, и точка. Можно тебя здесь высадить? Пройдешься

немножко пешком?

Она притормозила у набережной. Элли поглядела на воду. Темная, почти неподвижная. Что, если

нырнуть и превратиться в русалку, как Том говорил? Поплескалась бы среди уток и промокших

хлебных мякишей, пока не настало время идти домой.

— Это тебе на обед, — сказала мать и протянула ей десять фунтов. — Хватит еще, чтобы попить

кофе после школы с друзьями. Уверена, папа поймет, если ты сегодня немножко задержишься и не

засядешь сразу за зубрежку.

— А мне кажется, не поймет.

— Да брось, детка, ты с ним помягче. Он же хочет, чтобы ты экзамены хорошо сдала, но понимает, что и с ребятами хочется пообщаться.

Элли хотела было объяснить, что нет у нее никаких «ребят», что стать своей в новой школе гораздо

сложнее, чем кажется ее матери, а теперь, когда брата обвиняют в изнасиловании, и вовсе не

представляется возможным. Но ей не хотелось, чтобы мама совсем потеряла надежду.

— Что ж, если вернусь поздно, — ответила она, — ты знаешь, где меня искать.

Она открыла дверцу. До моста путь лежал по набережной. Школа была на другом берегу — три

низких здания, сплошь стекло и углы. Там же виднелась детская площадка, залитая солнцем; звонкие

детские голоса раздавались со всех сторон — дети бежали в школу.

— Думаешь, все будут на меня пялиться? — еще раз спросила она.

— Не будут, конечно. А если станут, скажи учительнице.

— А общее собрание, думаешь, тоже специально отменят, чтобы меня не смущать перед всей

школой?

— Ох, детка, понимаю, как тебе тяжело, но ты должна быть храброй. Ради Тома, дорогая. Ты

подумай о нем.

Она потянулась и поцеловала ее в лоб. Хорошо бы поцелуй был волшебным, как у доброй колдуньи

из «Волшебника страны Оз»*.

Немного колдовства сейчас бы не помешало.

* «Удивительный волшебник из страны Оз» — книга Лай-мена Фрэнка Баума (1900). «Волшебник

Изумрудного города» А. Волкова — вольный пересказ книги Баума.

Девять

— Майки, ты спишь?

В дверях его спальни стояла Холли. Он тихо поворчал, надеясь, что она подумает, будто он еще

спит. Но она не ушла.

— Майки? — Она забралась к нему в кровать и легла рядом.

Уже несколько недель не было ни одного дня, когда бы он не просыпался с необходимостью решать

очередную проблему.

Он сделал глубокий вдох:

— Ну что еще?

— Мама опять пропала.

Он с трудом сел на кровати и протер глаза:

— А она у себя ночевала?

— Нет.

— Внизу смотрела? На балконе?

Холли кивнула и вложила ему в руку свой кулачок:

— Я и к соседям стучалась.

— И они ее не видели?

— Нет.

Майки вздохнул. Он знал, что матери нелегко приходится после всего, что случилось с Карин, но со

времени предыдущего запоя прошло всего четыре недели.

Ему бы догадаться вчера, когда она сказала, что идет в паб «пропустить по маленькой». Видимо,

«маленькая» превратилась в «большую», а значит, сейчас мать может быть где угодно. И с кем

угодно. Он отыскал мобильник, но пропущенные звонки были только от Джеко и Сьенны. Он открыл

список контактов:

— Не волнуйся, мы ей сейчас позвоним.

Холли придвинулась ближе, чтобы тоже слушать. После четырех гудков включилась голосовая

почта. Голос матери извинялся за то, что она недоступна.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   36

Схожі:

Ты против меня (You Against Me) iconРусскому городу – русский градоначальник
Приходи 6 апреля на избирательный участок и голосуй за Логинова, если не придёшь ты, вместо тебя придут и проголосуют другие и проголосуют,...
Ты против меня (You Against Me) iconPatric Sueskind "Amnesie in litteris"
Что там был за вопрос? Ах, да: какая книга произвела на меня наибольшее впечатление, более всего повлияла на мое развитие, отложила...
Ты против меня (You Against Me) iconЛев Николаевич Толстой Воскресение Русская классика
Матф. Гл. XVIII. Ст. 21. Тогда Петр приступил к нему и сказал: господи! сколько раз прощать брату моему, согрешающему против меня?...
Ты против меня (You Against Me) iconТема: Преступления против собственности
Собственность как объект уголовно-правовой охраны. Предмет преступлений против собственности
Ты против меня (You Against Me) iconТы против меня (You Against Me)
Когда их миры соприкоснулись, произошел взрыв. Семья должна быть на первом месте. Но что делать, если на одной чаше весов оказывается...
Ты против меня (You Against Me) iconНаучное исследование
«Еврейского Зерцала» разбирался 10 декабря того же года в уголовном отделении ландгерихта в Мюнстере. Против воли меня пригласили...
Ты против меня (You Against Me) iconТахера Мафи Разрушь меня Разрушь меня 1 в осеннем лесу расходились пути
Для моих родителей и мужа, потому что, когда я сказала, что хочу прикоснуться к Луне, вы взяли меня за руку, были рядом со мной,...
Ты против меня (You Against Me) iconПредупреждение преступлений против собственности
Целью такого предупреждения является минимизация преступлений против собственности, в связи с чем органы внутренних дел решают следующие...
Ты против меня (You Against Me) iconКафисма втораянадесять
Боже мой, щедрый и милостивый, долготерпеливый, и многомилостивый, и истинный. Призри на меня и помилуй меня, даруй силу Твою отроку...
Ты против меня (You Against Me) iconПавел Санаев Похороните меня за плинтусом Павел санаев похороните меня за плинтусом
Меня зовут Савельев Саша. Я учусь во втором классе и живу у бабушки с дедушкой. Мама променяла меня на карлика-кровопийцу и повесила...
Додайте кнопку на своєму сайті:
Школьные материалы


База даних захищена авторським правом © 2013
звернутися до адміністрації
mir.zavantag.com
Головна сторінка