Янтарный свет разливался по грязному полу из очага, устроенного в стене глинобитной хижины. При этом скудном освещении видны были грубо сколоченный стол с




НазваЯнтарный свет разливался по грязному полу из очага, устроенного в стене глинобитной хижины. При этом скудном освещении видны были грубо сколоченный стол с
Сторінка6/59
Дата конвертації18.09.2014
Розмір5.53 Mb.
ТипДокументы
mir.zavantag.com > Философия > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   59


Это было три дня назад, а сейчас Магьер, придержав своего пони, терпеливо ждала, когда Лисил соизволит ее нагнать. За весь день полуэльф не произнес ни слова, если не считать, конечно, цветистых ругательств, обращенных к мохнатому коньку, который, впрочем, не обращал ни малейшего внимания на выходки неуравновешенного седока.

Магьер задумчиво озирала свою сырую неприветливую родину. Старые деревья густо поросли мхом, свисающим с ветвей причудливыми бородами. Воздух был пропитан ледяной влагой, оттого и почва никогда не просыхала, а сквозь запахи вязкой глины и лесной зелени проступал отчетливый и неистребимый запах гниения. Деревья росли так тесно, что за лиственным пологом не разглядеть было серого, вечно затянутого тучами неба; чащоба расступалась неохотно и редко – только там, где разбитая в грязное месиво дорога приближалась к открытому берегу реки. Из-за таких вот густых и бесконечных лесов Древинка пребывала в вечном полумраке. Даже когда прекращался дождь, с листвы, сомкнувшейся над головами путников, неизменно капала вода.

Магьер оглянулась на своих спутников: Винн ехала последней, держа в поводу вьючного мула, Малец трусил рядом с ней. Серый головной шарф Лисила потемнел от дождя и сполз набок, обнажив спутанную прядь светлых, почти белых, волос и слегка заостренное ухо.

– Есть ли более дурацкий способ путешествовать сушей! – проворчал он. – Я уже стер себе седалище до крови.

– Мы почти на месте, – полушепотом отозвалась Магьер, – но сейчас остановимся на ночлег.

Пораженный, Лисил замолк и выразительно глянул вверх, на полосу сумрачного неба, виднеющуюся между вершинами деревьев. Магьер знала, что так рано устраиваться на ночь на нее совсем непохоже, и не удивилась, когда Лисил испытующе посмотрел на нее. На лице его не было теперь и тени недавнего раздражения.

– Еще не стемнело, – заметил он. – Ты… с тобой все в порядке?

– Д-да, – пробормотала Магьер с запинкой. – Просто… я так долго здесь не бывала…

Лисил сжал ее запястье. Его тонкие сильные пальцы были на удивление теплыми… живыми.

– После того как мы проделали такой путь, может, и поздновато задавать подобный вопрос, – сказал он, – но, послушай, ты уверена, что и вправду этого хочешь? Мы ведь можем еще повернуть назад, пересечь, следуя на север, Стравину и направиться прямиком в Войноры.

Магьер окаменела от этих слов – так нестерпимо вдруг захотелось ей бросить все и вслед за Лисилом покинуть эти места. Желание вновь бежать от собственного прошлого, как она уже бежала много лет назад, – но только на сей раз вместе с Лисилом, – всколыхнулось в ней с прежней силой. И все же слишком много было вопросов, на которые она жаждала найти ответ: «Что я такое?… Зачем я здесь?… Зачем Дитя Ночи породил меня на погибель своим же сородичам?»

Винн осадила своего пони рядом с ними и, ссутулившись, устало обмякла в седле. Магьер до сих пор сожалела, что позволила юной Хранительнице отправиться с ними. Промозглый холод Древинки не на шутку измучил Винн, хотя от нее ни разу не прозвучало ни слова жалобы.

– Остановимся на ночь, – сказала Магьер, высвободив руку из маняще теплых пальцев Лисила. – Винн, выбери место для стоянки и отдыхай. Лисил разведет огонь, а я займусь лошадьми.

Винн подняла голову. Ее длинная каштановая коса потемнела от туманной измороси.

– Я сейчас приду в себя… вот только заварю чаю. Они занялись делом. Малец следовал по пятам за Винн, пока она доставала из тюков одеяла и наполняла водой жестяной чайник. Лисил вытащил мешок из промасленного холста, где хранилась растопка, и споро развел небольшой костерок, который, пожирая сырое дерево, брезгливо плевался дымом и искрами. Магьер привязала пони к стволу могучей ели по соседству с полоской травы, принесла им овса и воды. Лошадкам нынче пришлось нелегко: дорога, по которой отряд продвигался весь день, вряд ли заслуживала столь громкое название.

– Здешний король мог бы и получше заботиться о казенных трактах, – пробормотал Лисил, извлекая из холщового мешка галеты и яблоки.

– В Древинке нет короля, – подала голос Винн.

– То есть как это – нет? – переспросил полуэльф, передавая ей яблоко.

– Здесь правит не наследный монарх, а верховный князь.

– А какая разница? – фыркнул Лисил. – Король ли, князь, каким бы титулом он ни прикрывался, по большей части самый обыкновенный тиран… или в лучшем случае пустое место.

Магьер как раз хорошо знала, чем король отличается от верховного князя, вот только на все высокие цели и грандиозные замыслы каких бы то ни было правителей ей было глубоко наплевать. Все эти ненужные мелочи ни на йоту не изменили бы того, что ей довелось пережить в детстве.

– Мне довелось читать кое-что по истории Белашкии, – сказала Винн, усевшись поудобнее и закутав ноги одеялом. – Разница между этими двумя видами правления очень даже значительная. Вся территория Древинки поделена между несколькими аристократическими домами, каждый из которых возглавляет свой князь, происходящий из высокого, как считается, рода. По большей части местные правители ведут происхождение от людей, которые давным-давно переселились в эти места или же в далеком прошлом пришли сюда как захватчики. Многие из этих аристократических фамилий называются именем своего основателя, и все они являются вассалами верховного князя. Каждые девять лет общее собрание нобилей выбирает нового князя. За минувшие сто с лишним лет никто из избранных не посмел объявить себя королем.

– Некоторые пытались и пытаются до сих пор, – отозвалась Магьер, слишком занятая делом, чтобы дать волю горечи. – Их постоянные интриги и заговоры привели к тому, что каждый дом мертвой хваткой держится за свои владения, не помышляя о большем. Крестьяне платят налоги и молятся о том, чтобы в их господах не взыграло честолюбие. Лучше уж перебиваться с хлеба на воду крепостным, чем помереть в солдатах, если князь соберет ополчение, чтобы драться за корону.

Малец заскулил, и Винн тотчас полезла в свой мешок, чтобы достать кусок кожи с эльфийскими знаками.

– И кто же правит здешним краем? – спросил Лисил.

– Энты, – ответила Магьер.

– Им принадлежит большая часть всех приречных земель. – прибавила Винн. – Энты – один из старейших домов Древинки. Магьер может рассказать тебе о них поподробнее.

Лисил поглядел на Магьер, вопросительно изогнув светлую бровь.

– По твоей же классификации – обыкновенные бессердечные тираны, – шепотом ответила она. – Вот и все, что тебе нужно о них знать.

Лисил нахмурился, сосредоточенно ощупывая растопку, сохнущую у костра.

Винн повернулась к Мальцу:

– Аг'ус а'виайхис ту оийхченис?

За все время пути Магьер уже успела выучить наизусть эту фразу, хотя и совсем необязательно было спрашивать у пса по-эльфийски, что он хотел бы съесть. Малец, как правило, готов был слопать все, что ему подадут, тем более что и выбор-то был небольшой. Пес между тем подобрался поближе к Хранительнице и ткнул лапой в несколько знаков, начертанных на коже.

– Сушеная рыба, – перевела Винн, прилежно следя за движениями собачьей лапы. – И очищенное яблоко. Лисил, мне понадобится нож.

Полуэльф нахмурился сильнее, передернул плечами, как будто у него зачесалась спина под шерстяным плащом. Магьер постаралась сделать вид, что ничего не заметила.

От подобных «разговоров» с Мальцом Лисилу до сих пор было не по себе. Правду говоря, теперь, когда им открылась истинная природа пса, Магьер высоко оценила то, как хорошо Винн научилась общаться с Мальцом. Вместо того чтобы выклянчивать еду или, как обычно, устраивать драматические сцены, Малец просто толкал лапой Винн до тех пор, пока она не доставала кожу с эльфийскими знаками. Беда в том, что разговаривать он желал исключительно о еде или прочих своих потребностях, но упорно отказывался говорить о своей природе маджай-хи или о том, с какой стати он много лет назад вмешался в судьбу Лисила и Магьер. Всякий раз, когда Винн заводила речь на эти темы, Малец попросту переставал обращать внимание на кожу со знаками. То, что пес так долго обманывал их, по-прежнему мучило Лисила и изрядно беспокоило Магьер. Что ж, рано или поздно Мальцу придется ответить на все вопросы.

Лисил поджал губы, вручил Винн свой нож и достал из мешка ломоть вяленой рыбы. Винн принялась чистить яблоко.

Магьер глядела в огонь, безотчетно положив руку на рукоять сабли и средним пальцем поглаживая небольшой выпуклый значок на ее навершии. Клинок этой сабли мог нанести вампиру такие раны, какие и не снились обычному оружию. Саблю, кожаный доспех и два амулета оставил Магьер ее отец, которого она никогда не знала, после смерти матери, которую она никогда не видела. Во время известных событий в Беле Магьер отдала Лисилу топаз, загорающийся желтым светом всякий раз, когда поблизости оказывался вампир. Ей самой этот амулет больше не был нужен: дампирского чутья вполне хватало, чтобы предостеречь ее об опасности, зато топаз мог пригодиться Лисилу в том случае, если ее вдруг не окажется рядом.

Второй амулет пока еще оставался для Магьер загадкой, по крайней мере отчасти, но тем не менее она открыто носила его. В небольшом жестяном полуовале был закреплен кусочек кости, на котором неведомая рука начертала тонкой вязью таинственные письмена. Этот амулет до сего времени использовался лишь однажды, причем сама Магьер не подозревала об этом до тех пор, пока уже ничего нельзя было изменить. Вельстил сказал Лисилу, что дампир может извлекать жизненную силу из крови, только если кусочек кости во время кормления касается обнаженной кожи. Лисил безрассудно последовал совету Вельстила и напоил Магьер кровью из собственного запястья – случилось это в Миишке, когда она была серьезно ранена во время первой их схватки с вампирами. Сейчас Магьер коснулась амулета и задумалась о том, насколько можно верить словам Вельстила. Костяной амулет был теплым на ощупь, может, оттого, что она сидит слишком близко к костру? Магьер отодвинулась подальше от огня, привалилась спиной к стволу дерева.

День погас окончательно, и вокруг стоянки сомкнулась ночная тьма. Лисил, прихватив с собой шерстяное одеяло, уселся рядом с Магьер. Когда он укрыл одеялом их ноги, Магьер обняла его и решительно привлекла к себе. Тепло его тела проникало глубже, чем обыденный жар костра, и лишь сейчас Магьер наконец-то согрелась. Склонив голову ей на плечо, Лисил наблюдал, как Винн кормит Мальца ломтиками очищенного яблока.

– Она его балует, – прошептал он.

Магьер едва не улыбнулась. Завтра они придут в Чеместук, ее… дом? Нет, теперь уже нет. Настоящий ее дом далеко отсюда, в таверне «Морской лев», в порту Миишка, где текла их с Лисилом мирная жизнь. Сколько же еще ей предстоит скитаться, прежде чем она вернется домой?

А сейчас… сейчас можно греться в объятиях Лисила и смотреть, как огромный косматый пес шумно чавкает очищенным яблоком.

* * *

Вельстил ворочался во сне, глубоком сне вампира, пытаясь укрыть взгляд от чешуйчатых черных колец, которые вздымались, колыхаясь, со всех сторон. Словно дюны черного песка, гонимые пустынной бурей, они перекатывались и волновались безостановочно, бесконечно. В привычном этом сновидении, которое так часто являлось Вельстилу, он ни на мгновение не мог закрыть глаз, а зрелище извивавшихся, без конца перекатывавшихся колец рано или поздно вызывало у него дурноту.

Вельстил ждал, что повелитель его снов станет гневаться на него, однако же в недрах сущности, окружавшей его со всех сторон, не таилось ни гнева, ни даже раздражения. Вельстил не ощущал вообще ничего – лишь безмерное одиночество, да еще то, что за ним пристально наблюдают.

– Помоги мне, – прошептал он во сне, – умоляю тебя – помоги! Что мне делать дальше?

Ответ отозвался в его мыслях прилетевшим издалека эхом:

«Продолжай… следуй».

Вельстил снова заворочался во сне. Черные кольца повелителя медленно истаяли, растворившись в кромешной тьме сновидения. Вельстил вскинулся, перевалился на бок – и проснулся.

Он сел на полу заброшенного капища, стоявшего на забытой людьми тропинке, которая ответвлялась от малолюдного древинкского тракта. Каменные стены выщербились и растрескались от времени, арочный вход, с двух сторон обрамленный колоннами, давно уже лишился двери, за прошедшие годы обратившейся в труху. Вельстил и Чейн, по следу Магьер продвигаясь вглубь материка, укрылись в этом капище незадолго до восхода солнца. На алтаре, который располагался за спиной у Вельстила, не было ни святынь, ни сакральных знаков – их, скорее всего, просто разворовали после того, как непостоянная паства отреклась от своего былого кумира.

Вельстил встал, пошатываясь – он все еще не до конца оправился от очередной встречи с повелителем своих снов, – и огляделся по сторонам.

– Чейн! – позвал он.

Ответа не было. Давно ли зашло солнце? В последние время Вельстил, приходя в себя после таких сновидений, чувствовал движение солнца в небесах все слабее и слабее. Обеспокоенный этим обстоятельством, он вышел из капища.

В лесной чаще было тихо, лишь покрикивала изредка неизвестно какая птица да шуршал по земле и листьям мелкий моросящий дождь. Ни единый, даже самый слабый порыв ветра не тревожил ветви деревьев и лесной кустарник. Вельстил вспомнил, что совсем незадолго до рассвета они миновали крохотную деревушку – жалкую горстку полуосевших землянок. Чейна, помнится, тогда взволновал вид человеческих жилищ. Неужели этот болван отправился на охоту?

Вельстил шагнул было назад, в капище, чтобы собрать свои вещи и, накинув плащ, отправиться на поиски Чейна, но остановился. Он сейчас один, совсем один, а когда путешествуешь в чьем-то обществе, такие ценные минуты выпадают нечасто.

Он не представлял раньше, как сложно будет следовать по пятам за Магьер, которая могла без помех передвигаться днем, в то время как ему приходилось искать себе укрытие. Проведя в пути последние несколько ночей, Вельстилу оставалось только с неприятным предчувствием догадываться, куда именно она направляется.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   59

Схожі:

Янтарный свет разливался по грязному полу из очага, устроенного в стене глинобитной хижины. При этом скудном освещении видны были грубо сколоченный стол с iconИ. И. Пантюхов I. Антропологические типы. II. Образование государства....
Польский тип. X. Еврейский тип. XI. Народные волнения. XII. Запорожцы. XIII. Москва. XVII стол. XIV. Формальное соединение Малороссии...
Янтарный свет разливался по грязному полу из очага, устроенного в стене глинобитной хижины. При этом скудном освещении видны были грубо сколоченный стол с iconВзято из «наше тело»
Наружный осмотр, выворот век, исследование при боковом освещении и в проходящем свете. Глазное дно
Янтарный свет разливался по грязному полу из очага, устроенного в стене глинобитной хижины. При этом скудном освещении видны были грубо сколоченный стол с iconКнига "Христос" или "История человеческой культуры в естественно-научном...
Об этой книге как были получены результаты, собранные в этой книге предисловие несколько вводных замечаний
Янтарный свет разливался по грязному полу из очага, устроенного в стене глинобитной хижины. При этом скудном освещении видны были грубо сколоченный стол с iconФилип Пулман Янтарный телескоп Темные начала 3 Филип Пулман Темные начала 3 Янтарный телескоп
В долине, осененной рододендронами, близко к границе снегов, где бежал молочно‑белый ручей с талой водой и среди великанш‑сосен летали...
Янтарный свет разливался по грязному полу из очага, устроенного в стене глинобитной хижины. При этом скудном освещении видны были грубо сколоченный стол с iconДверь в стене
Месяца три назад, как-то вечером, в очень располагающей к интимности обстановке, Лионель Уоллес рассказал мне историю про «дверь...
Янтарный свет разливался по грязному полу из очага, устроенного в стене глинобитной хижины. При этом скудном освещении видны были грубо сколоченный стол с iconBrian Jacques "Mariel of Redwall"
Стоя на западной стене аббатства Рэдволл, он наблюдал, как жаркий летний день клонится к закату. Мягкий вечерний свет окутывал багряной...
Янтарный свет разливался по грязному полу из очага, устроенного в стене глинобитной хижины. При этом скудном освещении видны были грубо сколоченный стол с iconВсе двери в Большой зал были плотно заперты, снаружи их охраняли...
Огонь бушевал в городе, затапливая собой целые улицы, однако здесь наверху ничего не было слышно. Воздух словно пропитался гарью,...
Янтарный свет разливался по грязному полу из очага, устроенного в стене глинобитной хижины. При этом скудном освещении видны были грубо сколоченный стол с iconСьюзен Коллинз Сойка‑пересмешница Голодные игры – 3
На этом месте стояла кровать, которую я делила со своей сестрой, Прим. А вон там был кухонный стол. Кирпичи от трубы, сваленные в...
Янтарный свет разливался по грязному полу из очага, устроенного в стене глинобитной хижины. При этом скудном освещении видны были грубо сколоченный стол с iconТезка 1968
Боль налетает внезапно — сначала странное тепло волной захлестывает ее тело снизу вверх, потом невидимая рука сжимает внутренности...
Янтарный свет разливался по грязному полу из очага, устроенного в стене глинобитной хижины. При этом скудном освещении видны были грубо сколоченный стол с iconСьюзен Коллинз «Сойка-пересмешница»
На этом месте стояла кровать, которую я делила со своей сестрой, Прим. А вон там был кухонный стол. Ориентиром для определения контуров...
Додайте кнопку на своєму сайті:
Школьные материалы


База даних захищена авторським правом © 2013
звернутися до адміністрації
mir.zavantag.com
Головна сторінка