В один ничем не примечательный дождливый день Элли знакомится с Ругером, который открывает перед ней и ее окончательно запутавшимся семейством целый новый удивительный мир




НазваВ один ничем не примечательный дождливый день Элли знакомится с Ругером, который открывает перед ней и ее окончательно запутавшимся семейством целый новый удивительный мир
Сторінка10/14
Дата конвертації27.09.2014
Розмір1.18 Mb.
ТипДокументы
mir.zavantag.com > Банк > Документы
1   ...   6   7   8   9   10   11   12   13   14

— Можешь принять чуть позже, — ответила Астрид, — никакой спешки.

Она закрыла дверь, и мы услышали ее шаги вниз по лестнице.

Но умиротворенность исчезла: Лу напряглась, было заметно, с каким нетерпением она ожидает лекарства.

— Ну ладно, мы пойдем, — сказала я, опуская ноги на пол.

— Хорошо, — сказала Лу, даже не уговаривая нас остаться.

Мама тоже сидела перед телевизором. Точнее, лежала. Плотно укутавшись в плед. Она смотрела кино или, скорее, спала. По крайней мере, она не услышала, как мы вошли. На журнальном столике стоял наполовину пустой бокал вина, пакет чипсов на полу возле дивана скрашивал мамино одиночество. Я подошла к ней на цыпочках: в голубом свете экрана вид у мамы и вправду был заброшенный.

— Мам, привет, — вполголоса произнесла я, но она вздрогнула, как от пистолетного выстрела.

— Ты спала?

— Нет-нет, — соврала она, как обычно в таких случаях. Как будто заснуть посреди фильма — самое страшное преступление.

— Ты поела? — спросила я. Внезапно мной овладело беспокойство: может быть, ей и вправду приходилось несладко в последнее время?

— Все нормально, — устало ответила она. — Хорошо, что ты дома, который час?

— Десять, — ответила я. — Мы задержались у Лу. А это Ругер.

Мама медленно подняла голову с подушки и посмотрела в сторону двери. Застыв на мгновение, она вдруг вскочила и отбросила в сторону плед. Прежде чем протянуть Ругеру руку, она поправила пояс своего желтого халата.

Мама, конечно, не устояла перед его улыбкой, ей словно тоже передалась его лучистая радость.

— Поставим чайник? — предложила она, проведя рукой по волосам.

Мы сидели на кухне, мама зажгла свечи в канделябре. Ругер взял пять кусков поджаренного хлеба и намазал джемом, а сверху положил сыр. Мама терпеть не могла, когда папа так делал, но на этот раз не подала виду.

— Папа звонил?

Мама покачала головой:

— Нет, со вторника ни весточки. Он, наверное, ещё и не начал толком работать. — Мама сделала глоток чая с таким звуком, будто пыталась проглотить камень. Она поставила чашку на стол, глядя на пламя свечей, и я заметила, что в глазах у нее слезы. Тогда я пересела поближе к ней и обняла за желтые махровые плечи.

— Может быть, сами позвоним? Он оставил какой-нибудь номер?

— Он обещал позвонить, как только прибудет на место. Кажется, сначала он должен был оказаться в Арьеплуге.

Шмыгнув носом, она взглянула на Ругера:

— Мой муж распространяет лечебные препараты, — объяснила она.

— Я знаю, — ответил он. — Элли рассказывала.

— Мы немного беспокоимся, что из этого выйдет. Но ведь они не стали бы выпускать продукт, если бы не верили, что он будет продаваться?

— Конечно, не стали бы, — поспешно вставила я.

И он, конечно, не станет впадать в депрессию, если никто не будет покупать это лекарство. Он ведь не виноват.

Честно говоря, когда речь зашла о папе, я стала немного беспокоиться о том, что скажет Ругер. В жизни папы было немало загадочных моментов, но мне не хотелось заводить о них разговор сейчас.

— Как дела у Лу? — спросила мама, глядя на меня. Наверное, она тоже считала, что эта тема будет более уместной.

— Неплохо, — ответила я.

— А мне кажется, очень хорошо, — сказал Ругер.

— Вот как? — удивленно произнесла мама, переводя взгляд с меня на Ругера.

— Почему ее держат там? — невинным тоном поинтересовался Ругер. — Какая от этого польза? То есть с ней же все в порядке…

— Сегодня — да, — прервала его я. — Но, поверь, не всегда.

— Мы очень боялись, что не сможем остановить ее, если она снова вздумает навредить себе.

— Она только этим и занималась! — я заметила, что произнесла это немного агрессивно. Как будто Ругер не имел права сомневаться в правильности нашего решения.

— Я знаю, успокойся, — сказал Ругер. — Я только хочу сказать: может быть, ей уже лучше?

— На это мы и надеемся, — ответила мама, — что там ее вылечат.

— Я, но крайней мере, надеюсь посмотреть вместе с ней «Рождественский календарь», - заявил Ругер, допивая чай.

Сердце снова защемило, жестко и безжалостно. Я спрятала взгляд, чтобы не выдать себя.

— Как хорошо, что ты снова дома, — тихо произнесла мама, обнимая меня. — Надеюсь, ты идешь завтра в школу?

— Угу, — кивнула я, глядя на Ругера.

— Я могу постелить Ругеру на диване, — предложила мама.

— Не стоит. Лучше я буду спать с Элли в ее кровати, — спокойно ответил Ругер.

Сначала мама застыла, как статуя, но уже через мгновение рассмеялась легко и тепло.

— Ну, тогда спокойной ночи! Разбудить тебя, чтобы ты успела собраться? — спросила она.

— Конечно, — ответил Ругер вместо меня.

Моя лучшая вещь

Мы лежали в моей комнате, перешептываясь в темноте. Поначалу я никак не могла привыкнуть, что Ругер лежит рядом со мной, но вскоре мне уже казалось, что это самое обычное дело — пожелать маме спокойной ночи и вместе забраться под мое розовое одеяло. Бабушка сшила его из разных лоскутков, я очень люблю это одеяло. Возможно, это лучшая вещь из всех, что у меня есть. После Ругера, конечно. Хотя человека нельзя считать своей вещью. Можно только брать его на время, быть рядом с ним. Эта история с ревностью и вправду застала меня врасплох. До сих пор я думала, что этим страдают только очень неуверенные в себе люди с узкими взглядами на жизнь. Теперь я знала, что ревность касается и меня. Пусть Лу и Ругер нравятся друг другу, но не слишком сильно и не так, чтобы я осталась в стороне.

— Мне очень нравится твоя сестра, — внезапно произнес Ругер.

— Знаю, — отозвалась я, как можно более спокойным тоном. — Это заметно!

— Неужели ей и вправду нужны все эти лекарства?

— Не знаю. Она, по крайней мере, считает, что нужны.

Он гладил меня теплой ладонью вдоль позвоночника, зная, как я люблю, когда он с силой проводит ладонью по коже — до мурашек.

— Ты волнуешься за папу?

Меня вдруг разозлило, что он задает вопрос, ответ на который очевиден. А может быть, я просто хотела забыть об этой тревоге, и потому быстро сменила тему.

— Почему ты не живешь у тети?

— Как же — живу!

— Не заметила.

— Может быть, ты и не заметила, но я там живу.

— Понятно, — мне стало обидно. — Спокойной ночи.

— Можем как-нибудь сходить к ней, и ты все поймёшь, — шепнул он мне на ухо.

— Завтра? — Я повернулась к нему, не сомневаясь, что он ответит «нет». Что именно завтра неподходящий день. Но он кивнул. И мы договорились, что он будет ждать меня у школы после уроков, в половине четвертого.

— Только не говори ей заранее, — попросила и. — Иначе она станет хлопотать и готовиться к нашему приходу.

— То есть как?

— Печь пироги, делать уборку и все такое…

В темноте раздался смех Ругера.

— Сразу видно, что ты не знаешь мою тетю.

Затем он повернулся на бок и почти сразу уснул.

На следующее утро, когда мы с мамой завтракали, он еще спал. Я оставила записку, написав, что он может поесть, принять душ и вообще делать все, что угодно. Только пусть не забудет встретить меня в половине четвертого.

— Напиши, чтобы не забыл запереть дверь, когда будет уходить, — напомнила мама, натягивая красивые кожаные сапоги. С утра у нее был вполне бодрый вид образцовой банковской служащей. Трудно поверить, что тот же самый человек вчера лежал на диване, укрывшись пледом.

Тётя Роза

Он ждал меня, сидя на ступеньках и не обращая внимания на вопросительные взгляды прохожих.

Сюзи и Лотта остановились у велосипедной стоянки, чтобы понаблюдать за нами. Они, конечно же, давно поняли, что я с кем-то встречаюсь. Но то, что это был суповар из парка, стало для них новостью.

Я уже жалела, что попросила Ругера встретить меня у школы, чувствуя, что завтра не миновать настырных расспросов.

Ругер привел меня в узкие переулки, где раньше мне бывать не доводилось. Домишки, словно вынырнувшие из другой эпохи, нахохлились на старинных фундаментах каменной кладки.

— Тетя Роза плоховато слышит, но терпеть не может, когда ей кричат. Если она чего-то не услышит, делай вид, что ничего и не говорила. Мне кажется, она лучше понимает телом, чем ушами.

Когда мы поднялись на вершину горы, с которой был виден терминал финских паромов, Ругер остановился. У самого обрыва, скрытая буйно разросшимся кустарником, приютилась маленькая избушка. Она, должно быть, лепилась к деревьям — иначе давно уже сползла бы на шоссе, где вереницей выстроились машины. В подмороженной траве бродили, что-то поклевывая, несколько куриц и разноцветный петух.

— Добрый день, Шейх Абдул Хасан! — вежливо обратился Ругер к петуху. - Как дела? Дома ли тетя?

Петух вскинул гребень и озабоченно заквохтал, курицы тут же подхватили и закудахтали, окружив его.

На картофельной грядке возле избушки показалась старушка, с кряхтением разогнула спину и, растирая поясницу, внимательно посмотрела на нас.

— Это тетя Роза? — прошептала я.

Тетушка оперлась на лопату. На ней были огромные сапоги, явно с чужой ноги.

— Привет, тетушка! — произнес Ругер, отчего та подскочила на месте.

— Ты чего кричишь? Я ж не глухая!

— Это Элли, — добавил Ругер, подзывая меня поближе. Тетушка, щуря темные глаза, посмотрела на меня, отряхнула ладони от земли и протянула мне свою ручищу.

Когда моя ладошка оказалась в ее твердом кулаке, я почувствовала себя маленькой девочкой, которая встретила в лесу ведьму. Я сочла за лучшее вежливо поклониться и улыбнуться, чтобы ведьма не заперла меня в клетку для откорма, надеясь лакомиться всю зиму.

— Может, селедочки с картошкой? — спросила тетушка, пробираясь между грядок. Сапоги были сплошь облеплены блестящими комьями глины.

— Конечно, тетя, — ответил Ругер. — Мы голодные, как тролли.

— Какие тролли? — тетушка растерянно огляделась вокруг, словно ожидая обнаружить новых гостей.

— Никакие, — ответил Ругер. — Пойдем внутрь!

Ругер понемногу переговаривался с тетей, а я не могла избавиться от впечатления, что оказалась в фильме о сельской жизни в прошлом веке.

Тетушка запихнула в дровяную плиту пару отличных ровных поленьев и приоткрыла крышку котла, стоявшего сверху. Из котла повалил горячий пар, превратив кухоньку в баню. Тетушка проверила картошку на готовность, ткнув в нее спичкой.

— Еще минуточку. Ругер, накрывай на стол, а я пойду умоюсь.

С этими словами тетушка снова вышла. Протерев оконное стекло, я увидела, как она склонилась над лоханью, раздевшись до пояса на ноябрьском морозе. Я по пыталась представить себе, какова температура воды в этой лохани. Тетушка тщательно и аккуратно вытерлась. Когда она вошла в дом, лицо ее светилось, она выпрямилась: стало заметно, что когда-то она была очень статной женщиной.

Дар речи вернулся ко мне только за столом, когда мы ели горячую картошку.

— Я думала, все такие дома уже снесли…

— Этот держится с 1752 года, — с гордостью отозвалась она. — Теперь он культурный памятник. Ну, выпьем за это! — Она подняла свой бокал, в котором плескалась горькая жидкость, и залпом выпила, а затем стала смотреть, как я пытаюсь пригубить коричневое снадобье. Я, конечно же, закашлялась: напиток оказался еще крепче, чем я думала.

— Это с непривычки, — сказал Ругер, по-отечески улыбаясь.

В плите потрескивал огонь, в кресле мурлыкал кот, кровать была аккуратно застелена лоскутным одеялом.

— У меня почти такое же, — сказала я. — Бабушка сшила.

Тетушка вытянула ноги под столом, задев меня носками, и удовлетворенно вздохнула.

— Вы ложитесь на кровать, а я достану матрас.

Я ужасно покраснела от смущения.

— Но я не собиралась ночевать здесь, — еле выговорила я.

— Почему это? — она бросила на меня удивленный взгляд.

— Элли живет с родителями, — ответил Ругер. Это произвело на тетушку такое впечатление, будто он сообщил нечто из ряда вон выходящее.

— Вот оно как! Поздравляю! Жить у родителей — такое не каждому выпадает.

Она вдруг погрустнела. Ругер обнял ее за дрожащие плечи.

— Ну-ну, тетя… ты же большая девочка. И еще у тебя есть я!

— Но я-то хочу увидеться с папой, — жалобно проговорила тетушка. — И с мамой… и с братом… почему их здесь нет?

Ругер поднял тетушку на руки, словно она была маленькой девочкой, и посадил к себе на колени, бережно поглаживая тонкие черные волосы. Она положила голову ему на плечо, и уже через минуту дрожь унялась.

— Может, блинчиков на сладкое? — спросила она, утирая слезы.

Я кивнула, немного сбитая с толку такими перепадами.

— На меня иногда находит, — пояснила тетушка, выпрямляясь. — Как маленькая становлюсь.

Когда мы поели блинчиков, Ругер проводил меня к метро. Этой ночью он собирался остаться у тетушки, чтобы она не грустила.

— Дети — они такие, — сказал Ругер, — стоит выйти в соседнюю комнату, как им уже чудится, что ты пропал. Вот и тетушка так.

— А что с ее мамой и папой?

— Ее папа купил это домик, чтобы семья иногда здесь жила. Они были цирковыми артистами. Мой отец и тетя Роза жили здесь с няней. А родители приезжали на пару месяцев в году. Пока тете не исполнилось двенадцать. После они уже не появлялись.

— Родители не имеют право вот так пропадать! — возмутилась я. — Вот эгоисты!

— Может быть. А может быть, они умерли.

Я уставилась на него, ничего не понимая.

— Но ведь такое становится известно?

— Нет. Они выполняли опасный трюк. Тройное обратное сальто на высоте восемнадцати метров. Ошибиться можно было только один раз.

— А как же страховочная сеть?

Ругер покачал головой.

— Поэтому-то на них и приходили посмотреть. Они не пользовались сетью.

— Но у них же были дети! Это ведь преступление!

— Может быть, — Ругер загадочно улыбнулся и добавил: — Теперь у нее только я.

— Повезло ей, что у нее есть именно ты и никто другой. Правда, очень повезло!

Ругер рассмеялся.

— Повезло мне, что я встретил тебя. И никого другого, — прошептал он. — Не знаю, что сказала бы тетя, если бы я привел домой какую-нибудь нормальную девчонку.

— Нет никаких «нормальных» девчонок, — возразила я и поцеловала его. — Это парни так думают. Иди к тете, позаботься о ней!

— Угу, — ответил он. — Расскажу ей сказку на ночь.

Мы обнялись, стоя под старинным фонарем на старинной мощенной булыжником улочке. Как в фильме. О прежних временах.

Потом мы одновременно повернулись и пошли в разные стороны. Но, обернувшись, я увидела, что обернулся и он. Так мы и шли, пока я не налетела на какую-то тетеньку, уже у самого спуска в метро.

Вернувшись домой, я застала маму в самом плачевном виде.

— Звонили из больницы в Люлео5. Он там.

— Что? — я уронила куртку на пол.

Гипс.

Вот как все было. Папину машину занесло на дороге на третий день командировки, и теперь он лежал в больнице с ногой в гипсе и весь в синяках. Я говорила с ним по телефону. Он почти ничего не рассказывал, но я все-таки узнала, что ему повезло: обошлось лишь ушибами ребер, отеками и переломом ноги.

— Они говорят, что это настоящая удача, — монотонно повторял он.

— Вот и хорошо, — отозвалась я. — Значит, скоро ты снова будешь дома?

— Не знаю, — ответил папа. — Ничего не знаю. Я, наверное, самый смешной и нелепый в мире человек.

— Значит, ты можешь попасть в книгу рекордов Гиннеса, — ответила я.

Он ничего не ответил, и мне стало стыдно.

— Может быть, ты ехал на слишком большой скорости? — мягко спросила я.
1   ...   6   7   8   9   10   11   12   13   14

Схожі:

В один ничем не примечательный дождливый день Элли знакомится с Ругером, который открывает перед ней и ее окончательно запутавшимся семейством целый новый удивительный мир iconИтак, день первый. День изобретателя
Для того, чтобы как можно лучше выполнить эту технику, её нужно «разнести» по времени как можно дальше, уделив каждому этапу – один...
В один ничем не примечательный дождливый день Элли знакомится с Ругером, который открывает перед ней и ее окончательно запутавшимся семейством целый новый удивительный мир iconОлдос Леонард Хаксли о дивный новый мир [Прекрасный новый мир]
Так, с помощью гипнопедии, у каждой касты воспитывается пиетет перед более высокой кастой и презрение к кастам низшим. Костюмы у...
В один ничем не примечательный дождливый день Элли знакомится с Ругером, который открывает перед ней и ее окончательно запутавшимся семейством целый новый удивительный мир iconОлдос Леонард Хаксли о дивный новый мир [Прекрасный новый мир] ocr: Сергей Васильченко
Так, с помощью гипнопедии, у каждой касты воспитывается пиетет перед более высокой кастой и презрение к кастам низшим. Костюмы у...
В один ничем не примечательный дождливый день Элли знакомится с Ругером, который открывает перед ней и ее окончательно запутавшимся семейством целый новый удивительный мир iconАх, Карнавал! – удивительный мир!
Львову. Тут замирает время По узеньким улочкам разливается аромат утреннего кофе, зовут своими звонами святыни Костел Успения, Доминиканский...
В один ничем не примечательный дождливый день Элли знакомится с Ругером, который открывает перед ней и ее окончательно запутавшимся семейством целый новый удивительный мир iconТы против меня (You Against Me)
Мир Майки Маккензи рухнул, когда его сестру изнасиловал парень из богатой семьи. Мир Элли
В один ничем не примечательный дождливый день Элли знакомится с Ругером, который открывает перед ней и ее окончательно запутавшимся семейством целый новый удивительный мир iconКнига всемирно известного английского писателя Дж. Р. Р. Толкина «Хоббит, или Туда и обратно»
Благодаря первокласному переводу Н. Рахмановой, уже ставшим классическим, удивительный мир героев Дж. Р. Р. Толкина откроется перед...
В один ничем не примечательный дождливый день Элли знакомится с Ругером, который открывает перед ней и ее окончательно запутавшимся семейством целый новый удивительный мир iconСценарий вечера отдыха для ветеранов
Добрый день, уважаемые коллеги, дорогие ветераны! 14 января наступает Новый год по юлианскому календарю. И весь народ в нашей стране...
В один ничем не примечательный дождливый день Элли знакомится с Ругером, который открывает перед ней и ее окончательно запутавшимся семейством целый новый удивительный мир iconКарнеги Эверетт Шостром Анти-
«Корова не может жить в Лос-Анджелесе». Речь в ней шла о мексиканце, который обучал своих родственников приемам жизни в Америке....
В один ничем не примечательный дождливый день Элли знакомится с Ругером, который открывает перед ней и ее окончательно запутавшимся семейством целый новый удивительный мир iconГодовщина мученической смерти Фатимы Аз-Захры (да будет мир с ней!)
Сегодня мы собрались в день памяти мученической смерти Фатимы Аз-Захры да будет мир с
В один ничем не примечательный дождливый день Элли знакомится с Ругером, который открывает перед ней и ее окончательно запутавшимся семейством целый новый удивительный мир iconДэвид Николс Один день Дэвид Николс Один день Максу и Роми, прочтите, когда вырастете
Задержитесь на минутку, читающие эти строки, и поразмышляйте о длинной цепи из железа или золота, терниев или бутонов, которая никогда...
Додайте кнопку на своєму сайті:
Школьные материалы


База даних захищена авторським правом © 2013
звернутися до адміністрації
mir.zavantag.com
Головна сторінка