Деннис Лихэйн Дай мне руку, тьма




НазваДеннис Лихэйн Дай мне руку, тьма
Сторінка3/26
Дата конвертації23.11.2013
Розмір4.71 Mb.
ТипДокументы
mir.zavantag.com > Астрономия > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   26
Глава 4
В десять вечера того же дня мы с Энджи сидели в маленькой кофейне на Принс-стрит, узнавая гораздо больше подробностей, чем нам хотелось, о простате Толстого Фредди.

Заведение Фредди Константине на Принс-стрит было узким помещением на узкой улице. Принс-стрит пересекает Норт-энд от Коммершиал до Мун-стрит и, подобно большинству улиц в этом квартале, ее ширины хватает лишь для мотоцикла. Ко времени нашего приезда температура спала примерно до 13 градусов, но по всей Принс-стрит мужчины сидели перед магазинами и ресторанами только в легких рубашках или в майках с короткими рукавами. Развалясь в плетеных креслах, они курили сигары либо играли в карты и взрывались внезапным хохотом как люди, уверенные, что находятся у себя дома.

Кофейня Фредди была не более чем комнатой с двумя небольшими столами перед входом и четырьмя внутри, на черно-белом кафельном полу. Потолочный вентилятор вращался вяло и шевелил страницы газет на стойке бара, в то время как из-за тяжелой черной портьеры на боковой двери доносились звуки голоса Дина Мартина.

У входной двери нас встретили два молодых человека, темноволосые и темнокожие, в одинаковых розовых теннисках фирмы "Балли" с вырезом, открывавшим скульптурную шею, и с одинаковыми золотыми цепочками на шее.

– Вы что, ребята, из одной партии? – спросил я.

Один из них нашел шутку настолько остроумной, что обыскал меня по высшему разряду: ребра его ладоней врезались в мои бока так основательно, будто хотели встретиться где-то посередине. Мы оставили пистолеты в машине, поэтому они забрали только наши бумажники. Нам это не понравилось, но им было наплевать. Вскоре они подвели нас к столику, где сидел дон Фредерико Константине собственной персоной.

Толстый Фредди был похож на моржа, только без усов. Его огромная фигура была окутана серой пеленой сигаретного дыма, на нем было несколько слоев темной одежды, так что его квадратная, напоминающая обрубок голова выглядела так, словно прорвалась сквозь складки воротника и расползлась по плечам. Его миндалевидные глаза были теплыми и влажными, по-отечески добрыми, а с лица не сходила улыбка. Он улыбался всем: незнакомцам на улице, репортерам на судебной лестнице и даже своим жертвам – перед тем как его головорезы расправлялись с ними.

– Садитесь, пожалуйста, – сказал он.

Кроме Фредди и нас в помещении был только один человек. Он сидел неподалеку, примерно футах в двадцати позади нас, рядом с опорной колонной. Одна рука на столе, ноги скрещены. На нем были легкие брюки цвета хаки, белая рубашка и серый шарф под полотняным, янтарного цвета пиджаком с кожаным воротником. Он почти не смотрел на нас, но не могу сказать, чтобы он вообще куда-то смотрел. Фамилия его была Пайн, имени же я никогда не слышал. Он был легендой в своих кругах: говорили, он спас четырех боссов, остановил три семейных войны, а его враги имели обыкновение исчезать так бесследно, что о них забывали, будто их никогда и не было на свете. Сидя за столом, он выглядел совершенно нормально, эдакий вежливый парень: красив, но не настолько, чтобы бросаться в глаза, ростом пять с небольшим – шесть футов, волосы пепельно-светлые, глаза зеленые, телосложение, можно сказать, среднее.

Однако само пребывание в одной комнате с ним вызывало в моей голове звон.

Мы с Энджи сели, и Толстый Фредди сказал:

– Простата.

– Извините? – не поняла Энджи.

– Простата, – повторил Фредди. Налив в чашку кофе из оловянного котелка, он протянул ее Энджи. – Нечто такое, что не беспокоит вашу половину человечества так, как нашу. – Он кивнул мне, подавая чашку, затем подвинул нам сахар и сливки. – Скажу честно, – проговорил он, – я достиг вершины в своей профессии, мою дочь недавно приняли в Гарвард, что же до денег, я ни в чем не нуждаюсь. Мне мало надо. – Он переменил позу в кресле, скорчил гримасу, отчего его мощные челюсти сдвинулись к центру лица и на мгновенье полностью закрыли рот. – Но клянусь, я хоть завтра отдал бы все за здоровую простату. – Он вздохнул. – А вы?

– Что? – спросил я.

– Ваша простата здорова?

– Недавно проверялся, мистер Константине.

Он наклонился ко мне.

– Считайте, что вам повезло, мой юный друг. Дважды повезло. Мужчина без здоровой простаты... – Он простер свои руки на столе. – Это мужчина без секретов, мужчина без достоинства. Эти доктора, о Иисусе, укладывают тебя на живот и лезут в тебя своими дьявольскими маленькими инструментами, они суют их, тычут в вас чем-то острым, раздирают вас, они...

– Какой ужас, – сказала Энджи.

Слава богу, ее слова несколько охладили его пыл.

Он кивнул.

– Ужас – не то слово. – Он внезапно взглянул на нее, как если бы только что увидел. – А вы, дорогая, слишком изысканны для таких разговоров. – Он поцеловал ей руку, я же едва сдержал себя от удивления. – Я хорошо знаю вашего дедушку, Анджела. Очень хорошо.

Энджи улыбнулась.

– Он гордится знакомством с вами, мистер Константине.

– Я обязательно скажу ему, что имел удовольствие познакомиться с его прелестной внучкой. – Он взглянул на меня, и его игривые глазки несколько поугасли. – А вы, мистер Кензи, не спускайте глаз с этой женщины. Позаботьтесь, чтобы она не подвергалась опасности.

– Эта женщина может и сама за себя постоять, – сказала Энджи.

Глаза Толстого Фредди, вновь потемнев, остановились на мне, словно он никак не мог разглядеть, что именно находится перед ним.

– Наши друзья присоединятся к нам через минуту, – проговорил он.

Когда Фредди отодвинулся, чтобы налить себе очередную чашку кофе, я услышал, как один из телохранителей у входной двери сказал: "Проходите, мистер Рауз". Глаза Энджи слегка расширились, когда вошли Джек Рауз и Кевин Херлихи.

Джек Рауз контролировал Саути, Чарльзтаун и участок между Сейвин Хилл и рекой Непонсет в Дорчестере. Он был худощав, крепкого сложения, а его глаза вторили металлическому оттенку его густых, коротко стриженых волос. Он не выглядел слишком устрашающе, но ему это было и не нужно – для этой цели у него был Кевин.

Я знал Кевина с шестилетнего возраста, и все, что наполняло его мозг и кровеносные сосуды, было лишено человечности. Войдя в помещение, он старался не смотреть на Пайна, игнорируя само его присутствие, хотя мне было известно, что в глубине души Кевин мечтал походить на него. Но Пайн был само спокойствие и собранность, в то время как Кевин – сплошной ходячий обнаженный нерв, чьи зрачки излучали свет подобно электрическим батарейкам. Этот парень мог спокойно расстрелять кого угодно только из-за того, что подобная мысль пришла ему в голову, Пайн вызывал страх потому, что убийство было для него просто работой, такой же, как любая другая. Кевин же внушал ужас потому, что убийство было единственной работой, которую он любил, он бы выполнял ее и бесплатно.

Пожав Фредди руку, он уселся рядом со мной и ткнул сигарету в мою чашку кофе. Затем, запустив руку в свои густые, всклоченные волосы, посмотрел на меня.

Фредди сказал:

– Джек, Кевин, вы знаете мистера Кензи и мисс Дженнаро, не так ли?

– Конечно, старые друзья, – сказал Джек, усаживаясь рядом с Энджи. – Соседские дети, как и Кевин. – Рауз сбросил с себя старый синий блейзер и повесил его на спинку стула. – Правда, Кевин?

Кевин был слишком занят созерцанием моей скромной особы, чтобы удостоить его ответом.

Толстый Фредди сказал:

– Я рад, что все стало на свои места. Роговски сказал, что вы – его друзья и, возможно, у вас проблема, с которой я могу помочь. Так тому и быть. Но так как все вы земляки, я спросил Джека, желает ли он присутствовать при этом. Понимаете, что я имею в виду?

Мы оба кивнули.

Кевин зажег очередную сигарету и выпустил дым мне в волосы.

Фредди положил руку на стол.

– Значит, полное согласие. Итак, мистер Кензи, расскажите, в чем ваша проблема.

– Нас наняла клиентка, – сказал я, – которая...

– Как твой кофе, Джек? – спросил Фредди. – Достаточно сливок?

– Все хорошо, мистер Константине. Очень хорошо.

– ...которая, – повторил я, – предполагает, что вызывает раздражение у одного из людей Джека.

– Людей? – подняв брови, спросил Фредди. – Мы – мелкие бизнесмены, мистер Кензи. У нас есть служащие, но их обязанности прекращаются с получением чека. – Он вновь взглянул на Джека. – Люди? – сказал он, и оба рассмеялись.

Энджи вздохнула.

Кевин выпустил новую порцию дыма в мои волосы.

Я чувствовал усталость. Остатки Буббиной водки все еще терзали мой мозг, поэтому не было ни малейшего желания разыгрывать комедию с горсткой неотесанных психопатов, насмотревшихся "Крестного отца" и вообразивших себя респектабельными дельцами. Но я напомнил себе, что Фредди, по меньшей мере, очень влиятельный психопат, который, при желании, может поужинать моей селезенкой завтра же.

– Мистер Константине, один из... коллег мистера Рауза, скажем так, выразил недовольство в адрес нашей клиентки и высказал определенные угрозы...

– Угрозы? – спросил Фредди. – Угрозы?

– Угрозы? – переспросил Джек, улыбаясь Фредди.

– Угрозы, – сказала Энджи. – Наша клиентка, к несчастью, беседовала с подругой вашего коллеги, которая заявила, что знает о его преступной деятельности, включая... Как бы это сказать? – Она встретилась глазами с Фредди. – Манипуляции с некогда живой плотью.

Понадобилась целая минута, чтобы Фредди переварил услышанное, затем его маленькие глазки сузились. Он откинул свою массивную голову и засмеялся так, что звуки его голоса устремились сначала в потолок, затем понеслись вниз по Принс-стрит. Джек, похоже, был смущен. Кевин же выглядел посрамленным, хотя это было его обычное состояние.

– Пайн, – сказал Фредди. – Нет, ты слышал?

Пайн не подал виду, что вообще что-то слышал. По нему трудно было определить, дышит ли он. Он сидел неподвижно, одновременно глядя и не глядя в нашу сторону.

– Манипуляции с некогда живой плотью, – повторил Фредди, тяжело дыша. Он взглянул на Джека и понял: шутка до него еще не дошла. – Черт возьми, Джек, иди-ка, поищи свои мозги, а?

Джек начал моргать, а Кевин сделал движение вперед, и голова Пайна слегка повернулась в его сторону. Фредди же сделал вид, что ничего не заметил.

Он вытер уголки рта льняной салфеткой и слегка кивнул в сторону Энджи.

– Погодите, я расскажу об этом в клубе. Клянусь. Вы хоть и носите фамилию отца, но вы истинная Патризо. Вне всякого сомнения.

– Патризо? – спросил Джек.

– Да, – сказал Фредди. – Это внучка мистера Патризо. Ты не знал?

Джек не знал. Похоже, это задело его.

– Дай мне сигарету, – сказал он Кевину.

Кевин наклонился через стол, зажег ему сигарету, при этом его локоть оказался в миллиметре от моих глаз.

– Мистер Константине, – сказала Энджи, – наша клиентка боится составить список того, что ваш коллега желает ликвидировать.

Фредди поднял свою мясистую руку.

– О чем мы, собственно, говорим?

– Наша клиентка уверена, что навлекла на себя гнев мистера Херлихи.

– Что? – спросил Джек.

– Объясните, – сказал Фредди. – Покороче.

Не называя имени Дайандры, мы изложили суть дела.

– Выходит, – сказал Фредди, – какая-то там потаскушка Кевина рассказала этому психиатру некую небылицу о – я правильно понял? – каком-то трупе, а Кевин чуть погорячился, позвонил ей и поднял немного шума. – Он покачал головой. – Кевин, не хочешь ли ты рассказать мне об этом?

Кевин посмотрел на Джека.

– Кевин, – повторил Фредди.

Кевин повернул голову.

– У тебя есть подружка?

Голос Кевина прозвучал как хруст стекла, пропущенного через автомобильный двигатель.

– Нет, мистер Константине.

Фредди посмотрел на Джека, и оба расхохотались. Кевин напоминал монахиню, пойманную при покупке порнографии.

Фредди повернулся к нам.

– Разыгрываете нас? – и засмеялся еще громче. – При всем уважении к Кевину, женщины – не по его части, надеюсь, вы меня понимаете.

– Мистер Константине, – сказала Энджи, – войдите, пожалуйста, в наше положение – мы отнюдь не выдумали все это.

Фредди наклонился и похлопал ее по руке.

– Анджела, я этого и не сказал. Но вас просто-напросто подставили. Какие-то невероятные требования и угрозы со стороны Кевина, и все из-за его "приятельницы"? Подумайте сами.

– И ради этого я оставил игру в карты? – сказал Джек. – Ради этой чуши? – Он фыркнул и начал вставать.

– Сядь, Джек, – сказал Фредди.

Джек застыл в воздухе на полпути от своего стула. Фредди взглянул на Кевина.

– Сядь, Джек.

Джек сел.

Фредди улыбнулся нам.

– Так мы решили вашу проблему?

Я полез во внутренний карман пиджака за фотографией Джейсона Уоррена, рука Кевина тут же нырнула в собственный пиджак. Джек откинулся на своем стуле, Пайн тоже сделал легкое движение. Глаза Фредди ни на секунду не покидали мою руку. Очень медленно я извлек фотографию и положил ее на стол.

– На днях наша клиентка получила это по почте.

Один из усов над глазами Фредди изогнулся в дугу.

– Что это?

– Мы расценили это, – сказала Энджи, – как послание Кевина с целью уведомить ее, что он знает ее слабое место. Теперь мы допускаем, что это не так, но, признаться, мы в замешательстве.

Джек кивнул Кевину, и его рука выползла из пиджака.

Очевидно, Фредди заметил, что мы не дали никаких ориентиров. Он взглянул на фото Джейсона Уоррена и отхлебнул кофе.

– Этот парень – сын вашей клиентки?

– Не мой же, – сказал я.

Фредди медленно поднял свою мощную голову и посмотрел на меня.

– А кто ты, собственно, такой, щенок? – Некогда теплые его глаза были теперь спокойны, как ледяные вершины гор. – Не смей разговаривать со мной в таком тоне. Понятно?

У меня во рту появилось ощущение, что я проглотил шерстяной свитер.

Кевин слегка посмеивался.

Фредди полез в складки своего пиджака, при этом его глаза ни на миг не покидали моего лица, и извлек оттуда блокнот в кожаном переплете. Он открыл его, перелистал несколько страниц, наконец нашел нужную.

– Патрик Кензи, – прочитал он. – Возраст тридцать три года. Отец и мать умерли. Одна родственница, Эрин Марголис, возраст тридцать шесть лет, живет в Сиэтле, штат Вашингтон. В прошлом году заработал сорок восемь тысяч долларов в качестве напарника мисс Дженнаро. Семь лет разведен. Бывшая жена отбыла в неизвестном направлении. – Он улыбнулся мне. – Но мы работаем над этим, можете мне верить. – Он перевернул страницу и поджал свои толстые губы. – В прошлом году вы хладнокровно застрелили сутенера. Это случилось в надземном переходе через пути. – Он подмигнул мне, потянулся и похлопал меня по руке. – Да, Кензи, мы знаем о вас все. Будете убивать в следующий раз, не оставляйте свидетелей. – Он вновь заглянул в блокнот: – Где мы остановились? Да, вот. Любимый цвет – синий. Любимое пиво – "Септ-Поли Герл", любимая еда – мексиканская. Он перевернул страницу и взглянул на нас. – Ну, как мои успехи?

– Потрясающе, – сказала Энджи.

Фредди повернулся в ее сторону.

– Анджела Дженнаро. Недавно разошлась с Филиппом Димасси. Отец умер, мать, Антония, живет со вторым мужем во Флэгстаффе, штат Аризона. Как и ее партнер Кензи, замешана в прошлогоднем убийстве сутенера. С недавнего времени снимает квартиру на первом этаже по Хауэс-стрит, на задней двери которой слабый замок. – Он захлопнул блокнот и благожелательно взглянул на нас. – Вот на что способны мы с друзьями, так на кой черт нам посылать кому-то фотографию?

Моя правая рука была прижата к бедру, а пальцы впились в тело, умоляя меня о спокойствии. Я прочистил горло.

– Просто невероятно.

– Чертовски верно, так и есть, – сказал Джек Рауз.

– Мы не посылаем фотографии, мистер Кензи, – сказал Фредди. – Наши послания более конкретны.

Джек и Фредди смотрели на нас с циничной хитринкой в глазах, а Кевин Херлихи расплылся в глупейшей улыбке шириной с каньон.

– Значит, у моей задней двери слабый замок? – спросила Энджи.

Фредди пожал плечами.

– Так мне доложили.

Рука Джека Рауза потянулась к засаленной твидовой кепке на голове, он приподнял ее, глядя в сторону Энджи.

Она улыбнулась, глядя то на меня, то на Фредди. И только тот, кто знал ее долгое время, мог определить степень ее ярости. Она принадлежала к категории людей, чей гнев мог быть обуздан только путем снижения физической активности. Судя по ее застывшей позе, я был уверен, пять минут тому назад она благополучно миновала весьма опасный внутренний риф.

– Фредди, – сказала она, от чего тот часто заморгал. – Вы подчиняетесь клану Имбрулья в Нью-Йорке, я не ошибаюсь?

Фредди смотрел на нее широко раскрытыми глазами.

Пайн расслабил свои ноги.

– А клан Имбрулья, – сказала она, слегка наклонясь через стол, – отчитывается перед кланом Молиак, который, в свою очередь, по-прежнему считается нижестоящим по отношению к клану Патризо. Верно?

Глаза Фредди все еще были спокойны и вялы, левая рука Джека застыла на полпути между столом и чашкой кофе, а рядом с собой я слышал глубокое напряженное сопение Кевина.

– И вы – я имею право на этот вопрос – посылаете человека найти слабину в охранной системе квартиры единственной внучки мистера Патризо? Фредди, – сказала она и, потянувшись через стол, дотронулась до его руки, – как думаете, мистер Патризо сочтет такие действия уважительными по отношению к себе или нет?

Фредди процедил:

– Анджела...

Она похлопала его по руке и встала.

– Спасибо, что уделили нам время.

Я тоже встал.

– Приятно было повидаться, ребята.

Стул Кевина издал громкий скрежет, когда он вскочил и, глядя на меня враждебным взглядом, преградил мне путь.

– Сядь, черт тебя побери, – сказал Фредди.

– Разве не слышал? – повторил я. – Сядь, черт тебя побери.

Кевин улыбнулся, проведя почему-то кистью руки по губам.

Уголками глаз я видел, что Пайн снова скрестил ноги.

– Кевин, – сказал Джек Рауз.

Выражение лица Кевина говорило о долгих годах мучительной классовой ненависти и настоящем махровом психозе. Я видел маленького, чахлого, грязного заморыша, умственное развитие которого остановилось где-то между первым и вторым классом и так никогда и не поднялось выше. И еще я видел в них кровь.

– Анджела, – сказал Фредди, – мистер Кензи. Пожалуйста, сядьте.

– Кевин, – еще раз повторил Джек Рауз.

Кевин положил руку, которой стирал свою улыбку, мне на плечо. Что-то пробежало между нами в те секунды, пока она лежала там, и ощущение было неприятным, тревожным, грязным. Затем он кивнул, будто отвечая на мой вопрос, и отступил к своему стулу.

– Анджела, – сказал Фредди, – не могли бы мы...

– Всего хорошего, Фредди. – Она обошла меня сзади, и мы вышли на Принс-стрит.
* * *
Мы дошли до машины, которую оставили на Коммершиал-стрит, на расстоянии всего одного квартала от дома Дайандры Уоррен, и Энджи сказала:

– Мне еще надо кое-что сделать, поэтому я вернусь домой на такси.

– Уверена?

Она взглянула на меня как женщина, которая только что покинула сходку мафиози и у которой нет ни малейшего желания вступать в пререкания.

– А ты что собираешься делать?

– Думаю поговорить с Дайандрой. Возможно, смогу выведать что-то еще об этой Мойре Кензи.

– Я тебе нужна?

– Да нет.

Она оглянулась назад на Принс-стрит.

– Я ему верю.

– Кевину?

Она кивнула.

– Я тоже, – сказал я. – У него действительно нет причины лгать.

Она повернула голову и взглянула вниз на Льюис Уорф, где единственный огонек горел в квартире Дайандры Уоррен.

– Так где же тот, кто держит ее в таком состоянии? Если не Кевин, то кто послал это фото?

– Никакой зацепки.

– А еще детективы, – сказала она.

– Ничего, выясним, – сказал я. – В этом мы кое-что смыслим.

Я взглянул вверх и увидел, что вниз по Принс-стрит спускаются двое мужчин. Они шли по направлению к нам. Один был низкорослый, худой, крепко сбитый, на нем была засаленная кепка. Другой был высок, худощав и, вероятно, хихикал, когда убивал людей. Они дошли до конца улицы и остановились у позолоченного "диаманта" прямо напротив нас. Когда Кевин открывал дверцу машины для Джека, он смотрел прямо на нас.

– Этот парень, – подсказал мне внутренний голос, – очень не любит вас обоих.

Повернув голову, я увидел Пайна, сидящего на капоте моей машины. Он взмахнул рукой, и мой бумажник стукнул меня в грудь.

– Нет, – сказал я.

Кевин обошел переднюю часть своей машины, все еще глядя на нас, затем влез в нее, и они двинулись вверх по Коммершиал, затем вокруг Уотерфрант-парка и исчезли на повороте Атлантик-Эйв.

– Мисс Дженнаро, – сказал Пайн, наклоняясь и вручая ей кошелек.

Энджи взяла его.

– Это был прекрасный спектакль. Браво.

– Благодарю.

– Но не стоит повторять его дважды.

– Нет?

– Было бы неразумно.

Она кивнула.

– Да.

– Этот парень, – сказал Пайн, глянув туда, куда скрылся "диамант", и затем вновь на меня, – способен причинить много горя.

– Тут я вряд ли могу что-то сделать, – сказал я.

Он плавно слез с машины, будто был не способен совершить резкое движение или споткнуться.

– Мне это знакомо, – сказал он, – и смотрел он на меня точно так же, хорошо еще, это не передалось его машине. – Он пожал плечами. – Но я – это я.

– Мы привыкли к Кевину. Знаем его с детского сада.

Пайн кивнул.

– Лучше б тогда и убили. – Он прошел между нами, и я ощутил ледяной холод в груди. – Спокойной ночи.

Он пересек Коммершиал и стал подниматься вверх по Принс-стрит. На улице повеяло свежим ветром. Энджи поежилась в своем пальто.

– Не нравится мне это дело, Патрик.

– Мне тоже, – сказал я. – Совсем не нравится.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   26

Схожі:

Деннис Лихэйн Дай мне руку, тьма iconДеннис Лихэйн Настанет день Посвящается Энджи хранительнице моего очага

Деннис Лихэйн Дай мне руку, тьма iconДеннис Лихэйн Ночь мой дом
...
Деннис Лихэйн Дай мне руку, тьма iconДеннис Лихэйн Святыня Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга...
«шевроле» 82-го года выпуска; после таких непомерных расходов того, что остается у них, едва-едва хватает на поездку в Арубу
Деннис Лихэйн Дай мне руку, тьма iconДеннис Лихэйн Остров проклятых
«Эшклиф», чтобы разобраться в загадочном исчезновении одной из пациенток — детоубийцы Рейчел Соландо. В расследование вмешивается...
Деннис Лихэйн Дай мне руку, тьма iconДеннис Лихэйн «Остров проклятых»»
«Эшклиф», чтобы разобраться в загадочном исчезновении одной из пациенток – детоубийцы Рейчел Соландо. В расследование вмешивается...
Деннис Лихэйн Дай мне руку, тьма iconДеннис Лихэйн в ожидании дождя Серия: Патрик Кензи – 5
Патрик в недоумении: не мог он так ошибиться в личности Карен. Он не успокоится, пока не выяснит, что с ней произошло. Вместе с ним...
Деннис Лихэйн Дай мне руку, тьма iconДеннис Лихэйн Остров проклятых : Иностранка, Азбука-Аттикус; М; 2011 isbn 978-5-389-01717-7
«Эшклиф», чтобы разобраться в загадочном исчезновении одной из пациенток — детоубийцы Рейчел Соландо. В расследование вмешивается...
Деннис Лихэйн Дай мне руку, тьма iconДеннис Лихэйн Глоток перед битвой Серия: Патрик Кензи 1 ocr денис
Частный детектив Патрик Кензи и его компаньонка Энджи получают от одного видного политика вроде бы несложное задание: разыскать чернокожую...
Деннис Лихэйн Дай мне руку, тьма iconЯ постарел, смерть звенит в моих хрупких костях, призывая меня воссоединиться...
Тьма олицетворяет первородную сущность всего живого, ибо тьма была первым порождением Хаоса-источника жизни! Тьма олицетворяет твоего...
Деннис Лихэйн Дай мне руку, тьма iconСценарий трудное чувство кто-то тихо сказал нам слово «любить»
«Молодой человек, уступите, пожалуйста, место». Ты б его видел! Глаза открывает, смотрит в лицо мне – и не узнаёт! Представляешь?!...
Додайте кнопку на своєму сайті:
Школьные материалы


База даних захищена авторським правом © 2013
звернутися до адміністрації
mir.zavantag.com
Головна сторінка